— После обряда, — ответил он, — самые сильные ормы отправятся на поиски. Они будут выслеживать вархаров, искать их логово. Я проведу обряд у реки, призывая духов леса помочь нам. Мы должны очистить землю от скверны, иначе вархары будут только сильнее. Надеюсь, духи предков укажут путь. Без их доброй воли нам не совладать.
Айя вздохнула с облегчением, словно тяжкий груз свалился с ее плеч.
— Пока ормы охотятся, — продолжил шаман, — нужно соблюдать осторожность. Вархары чувствуют скверну, а скверна притягивает их. До тех пор, пока лес не будет очищен, необходимо избегать всего, что может усилить ее влияние. Нельзя тревожить духов, нельзя загрязнять воду и землю… И самое главное, пока ормы ищут чудовищ… в этом месте нельзя будет очищать тело. Ни омовений, ни купаний. Боги будут злы на нас.
Я едва не подавился воздухом. Что значит, нельзя очищать тело? Да я последние несколько дней только и мечтал о том, как наконец-то отмоюсь от этой липкой грязи, которая въелась в кожу после варки мыла! Я уже предвкушал, как окунусь в прохладную воду, как смою с себя весь этот запах трав и жира. А теперь что? Ходить грязнулей еще месяц, пока они там с вархарами воюют?
Внутри меня снова закипала злость, смешанная с досадой. Ну вот, только все начало налаживаться, как тут же подкинули новую проблему. И ладно бы, если бы это действительно было необходимо, если бы от этого обряда очищения хоть что-то зависело. Но я-то прекрасно понимал, что это всего лишь способ шамана показать свою власть, способ контролировать общину. С его точки зрения, я моюсь слишком часто и этим — привлекаю внимание. Возможно, местные об этом сплетничают.
Прямо запрещать он не хочет, а вот наложить табу на мытьё на длительный срок — считает правильным. Вроде как он ни при чём, а так духи повелели. А я, как всегда, оказываюсь в заложниках ситуации и должен покориться и походить пару месяцев немытым, а потом и вообще — бросить глупую затею с мытьем — отвыкнуть.
Я посмотрел на Айю. Она, казалось, совершенно не расстроена из-за запрета на омовения. Наоборот, выглядела умиротворенно и спокойно. Ей, видимо, было все равно, а вот я уже чувствовал себя как в клетке.
Черт бы побрал этих духов, этого шамана и этих вархаров заодно!
— Хорошо, — сказал я, стараясь придать своему голосу смиренное выражение. — Мы будем соблюдать все правила. Безопасность — это самое главное. И омовения подождут. Сейчас нужно сосредоточиться на том, чтобы помочь ормам очистить лес от скверны. Мы тоже можем чем-нибудь помочь?
Шаман кивнул, словно удовлетворенный моим ответом.
— Вы можете помочь собрать священные травы, — сказал он. — Они понадобятся для обряда. И молитесь духам, чтобы они были к нам милостивы.
«Молиться духам? — подумал я с усмешкой. — Ну ладно… только потом. Сейчас я пока пойду проверю, как там мое мыло. Может, хоть что-то хорошее в этом мире еще осталось.»
Я натянул на лицо улыбку и встал из-за стола. Нужно было срочно сменить обстановку, вырваться из-под тяжёлого и внимательного взгляда шамана.
— Я пойду посмотрю на мыло, вдруг оно уже готово, — сказал я. — Айя, ты со мной?
Глава 9
В комнате царил полумрак, формы с мылом по-прежнему стояли в темном углу. Я осторожно взял одну из пиалок, перевернул ее и слегка постучал ладошкой по дну. Мыло легко отделилось от стенок и выпало ровным, ароматным полушарием. Цвет получился не совсем однородным, с легкими разводами, но запах мяты был просто волшебным!
Запах, надо признать, действительно получился неплохой. Даже мне, человеку другого мира, где были духи, лосьоны, и всякая другая хренотень, пришлось по вкусу то, что у меня вышло! Интересно, что скажет Айя?
Я обернулся и увидел, что она зависла за спиной и с любопытством наблюдала за моими манипуляциями.
— Ты просто понюхай! — я протянул ей мыло и… охренел!
Жена, выхватила кусок мыла из руки и… лизнула его.
В следующее мгновение ее лицо исказила гримаса отвращения. Глаза расширились, брови поползли вверх, а рот скривился. Она судорожно сплюнула, пытаясь избавиться от мерзкого привкуса, и посмотрела на меня с немым укором.
— Фу! — выплюнула она, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Что это за мерзкая штука? Зачем ты это делаешь? Оно же невкусное!
Я едва сдержал смех, глядя на ее перекошенное личико. Ну, вот и познакомилась дикая девушка с достижениями цивилизации. Кто ж знал, что ее любопытство окажется настолько сильным, что переборет инстинкт самосохранения.
— Это мыло, Айя, — объяснил я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Я же говорил, для чего оно! Им моются. Чтобы быть чистым и приятно пахнуть. Его нельзя есть. Запомни это на будущее.