Интересно, как Мирос будет просить дать нам чужих ормов? Как он будет их собирать их? На обратном пути?
Ну да, логично, если… если их дадут, конечно.
Наконец из избы вышел шаман. И вот тут меня ждало разочарование. Нет, я, конечно, не ждал увидеть здесь Заргаса в миниатюре, но этот… Этот был каким-то совсем уж неказистым. Маленький, сухонький, с жиденькой бородкой и потухшим взглядом. Одет он был в какой-то выцветший «халат», украшенный перьями явно не первой свежести. Даже бубен у него выглядел так, как будто его смастерили из старого корыта и кошачьей шкуры. После Заргаса, блиставшего амулетами и побрякушка, этот шаман казался каким-то… дешевым.
«На алкаша похож больше, чем на Говорящего с духами…»
— Приветствую тебя, шаман деревни Миго, — неожиданно заговорил Мирос. — Я — Мирос, Походный вождь людей деревни Оман, — он приложил кулак к груди и кивнул шаману. — Мы приехали к тебе с плохими новостями и важной миссией.
Шаман смотрел на него с каким-то равнодушием, словно перед ним был не походный вождь, а пустое место. Скорее всего, так оно и было… Старика, казалось, не трогают ни титулы Мироса, ни важность поручения. Взгляд потухших глаз скользил мимо, словно сквозь него, фокусируясь на чем-то далеком и невидимом для остальных. Он не кивнул в ответ на приветствие, не сделал ни малейшего жеста, выражающего уважение или хотя бы просто интерес. Стоял, как изваяние, маленький и невзрачный на фоне суеты и бедности своей деревни. Молчание затягивалось, становясь неловким и гнетущим.
От нефиг делать я оглянулся и подметил, что местные явно были обеспокоены нашим присутствием здесь. В их лицах была какая-то тревожная обреченность, что ли. Будто они понимали — наш приезд — всему жопа! Особенно выделялись дети. Грязные, голодные, с закисшими печальными глазами. Они прятались за спинами своих родителей и тихо поскуливали, кто-то даже — плакал.
«Они просто боятся нас? Типа, мы вооружены, в броне, мол, можем забрать что-то силой? Или, вообще, чё происходит? Чё старик молчит?»
Мирос, казалось, немного смутился от такого приема. Не привык видно, походный вождь, когда его игнорируют. Он повторил приветствие, на этот раз чуть громче и настойчивее. Шаман все так же молчал, не проявляя никаких признаков жизни.
«Охереть! И, что дальше? А? Мирос — ты не посол, а кусок говна! Видишь, в какой заднице находится это племя: насколько они нищие и немощные? Начинай с даров! А не со своей миссии.» — думать я мог что угодно, но вмешиваться не рискнул. Всё же я слишком хреново понимаю местные расклады.
Шаман племени Миго просто смотрел сквозь Мироса, словно пытался разглядеть что-то за ним. Это начинало раздражать орма, я видел, как он сжимает и разжимает кулак. И я уже приготовился к тому, что сейчас начнется перепалка, но Мирос неожиданно сменил тактику.
Он сделал шаг вперед и протянул шаману небольшой мешочек. Я не видел, что в нем, но судя по восхищённому выражению на лице Торна — там было что-то ценное. Шаман даже не взглянул на мешочек. Он продолжал буравить Мироса своим отстраненным взглядом. Мирос вздохнул и раскрыл подарок, высыпав содержимое на ладонь. Это были небольшие кусочки какой-то стекляшки, похожей на янтарь своим цветом.
Взгляд шамана, наконец, оживился. В глазах мелькнул слабый интерес. Он протянул руку и взял один из кусочков стекла. Долго рассматривал его, словно видел впервые в жизни. Потом поднес к лицу и понюхал, на лице появилась едва заметная улыбка.
Затем, старик медленно обвел толпу взглядом и хриплым голосом произнес:
— Давно не видел гостей из вашей деревни, походный вождь Мирос. Что привело вас в наши земли? Не думаю, что вашему шаману понадобилось что-то с наших земель.
Мирос поклонился в знак уважения и отошёл, остановившись возле меня:
— Нужда привела меня к тебе, шаман. Не дары нам нужны, а воины. На границе леса видели вархаров. На нашу общую землю пришли скверна и тьма, шаман. Говорящий с духами велел обойти земли и собрать воинов с каждой деревни. Мы дадим им оружие, еду и славу в борьбе с общим врагом.
Шаман племени Миго прищурился:
— Воины, говоришь? Слава? — он горько усмехнулся. — Какая слава может быть в борьбе с тьмой? Здесь у нас и так хватает своих бед. Огороды бесплодны, скота почти не осталось, дичь обходит наши земли стороной, духи недовольны. Люди еле выживают. Какие уж тут воины…
Он замолчал, словно погрузившись в раздумья, а потом неожиданно указал на меня костлявым пальцем: