Ей тоже хотелось спать. Глаза, словно засыпанные песком, болели и чесались, закрывались сами собой, но стоило векам сомкнуться, как тягучая сонливость проходила, и в голову закрадывались разные неприятные мысли. Вспоминались зеленые огоньки хищных глаз в темноте, утробное рычание крупного зверя, скрежет когтей, и только сейчас сознание подкинуло образ высокого человека с волной белоснежных волос, качнувшихся от проехавшего на полной скорости фургона. Он стоял в тени у дороги и наблюдал. Она точно видела его, когда залезала в спальник.
И как она могла забыть!
Тэсса дернулась, сделав это странное открытие. Алгард, сквозь сон почувствовав сопротивление, инстинктивно крепче прижал ее к себе, и той совсем стало тесно в его объятиях.
Как он может спать в такой ситуации?
Очень долго образ беловолосого не выходил из ее головы, постепенно обрастая все новыми и новыми подробностями. И вот уже он перестал быть угрожающим и постепенно превратился в Николаса. Золотистые волосы его выбивались из коротенького хвостика, он неловко убирал их за уши и наклонялся к Тэссе, чтобы запечатлеть ласковый любящий поцелуй на ее губах, словно ставя на них свое клеймо. Невольно девушка осознавала, что желает снова ощутить вкус его губ и приторный запах такого ненавистного, но такого родного одеколона. Она закрывала глаза и тянулась к нему, но в нос ударял только удушающий запах гнили. Девушка распахивала глаза и видела пред собой покрытое склизкой полусгнившей кожей лицо с пустыми глазницами. И все начиналось с начала...
– Тэсса?
Сонный и помятый сталкер легкими похлопываниями по щекам привел ее в чувство и протянул стакан воды. Легкий свет ночника подчеркивал его взволнованное, еще не понимавшее, что произошло, лицо и взлохмаченные черные волосы. Так мужчина казался немного моложе и гораздо милее.
– Кошмар? – заботливо осведомился он, и если бы Тэсса не была так напугана, то наверняка заметила бы, как сильно изменился его голос. Она нервно закивала головой и обхватила ладонями стакан. Вода, такая холодная, почти привела ее в чувство.
– Прости, – пробормотал Хелмин, приглаживая помятые пряди, – я должен был быть внимательней, – он потер глаза и постарался подавить зевок, но вышло не очень убедительно. – Постарайся уснуть.
Хелмин погасил ночник и снова лег, правда, в этот раз не стал трогать Тэссу. Она посмотрела на его лицо с синими кругами под глазами и неожиданно поняла, насколько тот устал, и что все произошедшее с ними за эти сутки не обошло стороной и его. Тэсса сползла вниз и, покопошившись немного, легла. Ей все еще не спалось после тех кошмаров, которые ей привиделись.
Уснуть она смогла только под утро, а когда проснулась, день уже перевалил за середину. Вторая половина постели пустовала, и от нее прямо-таки веяло холодом. Девушка приподнялась, убирая с лица взлохмаченные волосы, и встретилась взглядом с Алгардом, как раз вышедшим из соседнего помещения, как Тэсса догадалась, ванной комнаты.
– Проснулась, – в своей привычной манере констатировал он и накинул куртку. Сейчас, свежий, с идеально ровной волной черных волос и таким привычным безразличным взглядом, он совсем не был похож на себя ночью – встревоженного и лохматого. И такого необычно юного. Тэсса с грустью вздохнула.
– Я сейчас уйду, и ты сможешь привести себя в порядок. У тебя будет больше часа, я тебя не потревожу, – предупредил он и зачем-то объяснял. – Спущусь к Главе. И надо отремонтировать фургон. Я принесу ужин, – отрывисто добавил Хелмин и неловко потрепал отбившуюся от общей копны прядь волос. Пару секунд он еще потоптался на месте, словно хотел сказать что-то еще, но, так и не сказав, вышел из комнаты, прихватив с собой рюкзак.
Едва за искателем закрылась дверь, Тэсса упала обратно на постель, раскинув руки и ноги. Как же хорошо! Лодыжки при потягивании отзывались болью, подошвы ног гудели и покалывали. Девушка запрокинула руки за голову, чувствуя, как сопротивляются плечевые суставы. Она не ожидала, что всего две ночи в дороге способны довести до такого состояния.
– О-о-ох… – Тэсса попыталась подняться, но в поясницу вступило, и девушка поспешно легла. Потолок бесстрастно взирал на нее сверху. – Душ. Мне нужен душ.