– Со мной все не в порядке, – сказала она, хотя собиралась обойтись вежливым “да, спасибо”. – Тот странный человек с желтыми глазами забрал документы, точнее сказать… – она хотела уточнить, что сама их ему отдала, но опять смолчала. Стыдно было признаваться. – Забрал, в общем. Мы проделали весь этот путь совершенно напрасно. Прости, мне не стоило просить твоей помощи. Я неудачница и вдобавок трусиха.
– Нет, ты очень храбрая.
Тэсса покачала головой. Утешения ей были не нужны, пусть и от Алгарда.
.– Эти твои видения, – он вдруг внимательно посмотрела на Тэссу. – Ты говорила о них кому-нибудь? Признавалась, что ты не совсем человек? Ну, ты понимаешь. Что ты…
– Я человек! – перебила Тэсса, стиснув кулаки. Больная тема с недавних пор. – Человек! Я проходила тесты!
Просвечивание зрачка, анализ крови и даже компьютерная томография мозга не всегда с первого раза давали верный результат, и Тэсса знала об этом. Ее прошлогодние результаты были нормальными, но что будет в этом году... Пока способности не дадут о себе знать, ты не догадаешься о том, что являешься представителем новой расы.
– Прости, – тихо извинился Ал. – Правда, прости.
Тэсса смотрела на свои стиснутые до боли пальцы и считала до десяти. Как всегда не помогало.
Вдох-выдох.
– Я не дементис, – уже спокойнее повторила она и подняла на Алгарда потерянный взгляд, в котором вовсе не было той уверенности, на которую Тэсса надеялась. – Директор института, где я работаю, в этом плане слишком строг. Если кто-то узнает или обследование что-то выявит, меня уволят. Я не могу уйти из института. Он вся моя жизнь.
Она с досадой отвернулась к окну, украдкой наблюдая за отражением в потемневшем стекле. Вот она, зареванная и страшная, а позади – Алгард, смотрит прямо перед собой, стиснув зубы. А Тэсса вдруг подумала, когда же успело так быстро стемнеть?
– Сколько времени?
Услышав ответ, она недоуменно вскинула брови.
– Ничего удивительного, такое бывает время от времени, – сказал Алгард. – Такой сезон. Темнеет рано и резко, просто в городе это не так заметно. Много света.
Фразы становились короче, голос тише. Руки едва не упустили руль, и фургон опасно дернулся и заглох, быть может, и к счастью. Ремень безопасности больно врезался в тело, Тэсса охнула.
– Проклятие, – Алгард устало выругался и потер слезящиеся глаза. – Надо передохнуть. Скоро совсем стемнеет, тяжело будет ехать.
А Тэсса видела, что он уже едва держался в водительском кресле, и запах крови сделался вдруг таким отчетливым, что его уже нельзя было игнорировать.
– Давай переночуем, а утром поедем дальше? – предложила она. – И нужно промыть твои раны. Они же есть, да? Не обманывай меня.
Тэсса приготовилась к отпору, но Алгард отвел взгляд и пробормотал:
– Есть. Отъедем с дороги. Не хочу, чтобы нас видели.
– Кто?
Он не захотел отвечать, а может, просто не услышал вопроса. Взялся за руль, и фургон нехотя, скрипя и трясясь, съехал с дороги в степь. Тэсса выслушала пояснения и смогла загрузить на КПК сталкера карту местности, примерную, но и она им помогла.
– Тут должно быть какое-то строение, – сказала она. – Смотри. Это же дом, да?
Ал одним глазом взглянул на экран и кивнул.
– Похоже на то. Но слишком не обольщайся. Возможно, спать все равно придется в машине.
Дом на ферме Тэссе понравился и она предвкушала увидеть нечто подобное. В городе каменные коробки в два-три этажа были такими одинаковыми, не то что огромные по меркам Новой Европы коттеджи старого мира. Хелмин постарался вести аккуратно, насколько позволяло отсутствие дороги как таковой, и скоро степь сменилась почти заросшей просекой, вырубленной вручную. Ветки царапали стекла и крышу, вызывая в памяти неприятные ассоциации. Пока фургон продирался сквозь узкий коридорчик в беспорядочно растущих деревьях, Тэсса все прокляла в мыслях.
– Идеально, – сказал Алгард и заглушил мотор. Стало так тихо, что Тэсса показалось, что она вдруг оглохла.
– Вылезай, – кивнул Алгард и первым открыл дверь. В кабину сразу хлынул стылый вечерний воздух. Тэсса вылезла из машины и поежилась.
Они припарковались в бывшем дворе, остатки забора еще кое-где высиилсь над землей уролдливыми огрызками. Сам дом стоял еще довольно крепко – небольшой, приземистый, с балконом на втором этаже, от которого остались лишь гниющие балки, сквозь которые виднелось мрачное небо. Козырек крыльца опасно накренился вперед, но все еще чудом держался на весу, а вот порог почти сравнялся с землей. Позади дома зловеще шелестел низкий реденький лесок.