– Ал, дружище! – он подал руку выпрыгнувшему из кабины сталкеру и кивнул Тэссе. – Привет, Тэсса. Как поездка?
– Дерьмо, – резко высказался Алгард. – Нам нужно в душ. Приготовишь поесть?
– Конечно, друг, какие вопросы, – Джо вдруг странно покосился на Тэссу и сделал какой-то странный жест, смысл которого понял, похоже, только Алгард.
– Отведешь ее в дом?
– И покормлю вчерашним пирогом, сам пек, – улыбнулся Джошуа и поманил Тэссу за собой. – Идем, красавица, будем пить чай.
Они пошли каким-то странным путем, сразу по внешней лестнице, не заходя непосредственно в дом. Лестница вела в коридор второго этажа, и Джошуа отвел Тэссу в небольшую светлую комнатку, похожую на девичью спальню. Почти сразу Тэсса поняла, что ею она и являлась.
– Спальня Софии, – пояснил Джо. – Подожди тут, я быстро.
Когда он ушел, Тэсса сразу вскочила и выглянула за дверь. Джошуа спустился по внутренней лестнице, и Тэсса тихонько спустилась обратно на улицу и была вознаграждена за инициативу негромкими голосами из гаража.
– Оставь ее в покое, не втягивай Тэссу в свои темные дела.
– Тебе какое дело?
– Я… да я…. люблю ее!
– Мне ты в этом зачем признаешься?
Тэсса вжалась в металлические створки ворот, забыв дышать от волнения. Оба голоса были ей хорошо знакомы. Один принадлежал Адгарду Хелмину, другой – Николасу Лейфгунду. Она осторожно придвинулась к щелке и заглянула в полутьму гаража.
– Даже если ты и считаешь Тэссу своей, она об этом может лишь догадываться, – жестко сказал Хелмин, и Тэсса видела, как сурово нахмурились его темные брови.
– Зачем тебе это? Для чего ты выполняешь ее капризы? – не успокоился Николас. – Оставь ее! Она… она женщина, должна выйти замуж, родить детей и вести хозяйство, а не шататься с кем попало по развалинам.
Последнее замечание Алгарду явно не понравилось.
– Если бы Тэсса для меня ничего не значила, стоял бы я здесь? Но я ее люблю! – горячо воскликнул Лейфгунд, как будто специально давя на жалость.
– Мне тоже, – неожиданно выпалил Алгард, с вызовом глядя в глаза противника.
– Что “мне тоже”? – не понял Николас. Скрещенные на груди руки в растерянности расцепились.
– Небезразлична. Она мне не безразлична.
В воцарившейся тишине Тэсса услышала гулкое биение собственного сердца в ушах. Стараясь не выдать себя, она спиной прижалась к стене и всей душой мечтала слиться с обстановкой или вовсе стать невидимой. И не слышимой.
– Оставь это, – продолжил Ал после короткой паузы, – в конце концов она вольна сама решать, что ей делать.
– Она вольна? Разве женщина может что-то решать сама? Если Тэссе дать волю, она таких дел наворочает!
Тут Тэсса уже почти решилась заявить о себе, но что-то ее остановило. И вовремя.
– Ты ничего о ней не знаешь! – решительно топнул ногой Лейфгунд. – Она должна уехать со мной.
– Это почему же?
– Потому что она дементис. С этого дня ее жизнь ей не принадлежит.
Тэсса широко раскрыла глаза, как будто только что очнулась.
Что он сказал?
Она… дементис?
– Тэсса!
К ней спешила Лиенн, а за ней с унылым видом плелся Джошуа в кухонном фартуке.
– Тэсса, ты в порядке, моя дорогая?! – Лиенн заключила ее в объятия, а два спорщика из гаража прекратили пререкаться и вышли наружу, привлеченные шумом. – Джо не хотел меня к тебе пускать, представляешь? Моя бедная девочка! Моя бедная, бедная девочка!
На Лиенн было новенькое черное платье, будто траурное, коротенькое тонкое пальто и кожаные перчатки. На ее фоне Тэсса как со стороны увидела себя – замызганную, лохматую, с красными от недосыпа глазами, в чужой куртке и в драных штанах.
– Ли… – простонала она и уткнулась носом в пахнущий духами воротник. – Что происходит, Ли? Я уже ничего не понимаю.