… скоро они должны найти меня. Это не могло продолжаться долго, они следили за мной. Но я не оставлю им ничего.”
Образец №1. Жуткое, безликое определение, даже не имя, пародия на него. Мария – Образец №1. Образец чего? Тэсса чувствовала, что в этом вопросе кроется причина появления вируса и в нем же кроется ключ к созданию вакцины. Нужно было ехать в Чаровск.
На следующий день они въехали в Адору. Это был первый встреченный ими по пути город, и он сильно отличался от Фэйтвилла и тем более от Кейнсвилла, а больше Тэссе сравнить было не с чем. Высокие стены огораживали город, как крепость, у ворот встречали солдаты, придирчиво изучающие всех приезжих. В этом как раз и не было ничего нового, но оказавшись внутри, Тэсса неприятно удивилась. По узким улочкам сновали бродячие собаки, копались во встречающихся то тут, то там мусорках помойные коты. Люди были настороженными и неприветливыми. Дома теснились, крыши порой находили друг на друга, воздух странно пах – кострами и копотью. Но зато здесь должна была быть гостиница, где можно привести себя в порядок и как следует выспаться. Большего и пожелать нельзя.
– Свободные места есть только здесь, к тому же она принадлежит “Ассоциации сталкеров”, – Алгард остановился возле обшарпанного здания с вывеской постоялого двора. Поплутать пришлось изрядно – улочки были очень узкие и запутанные, и навигатор сталкера показывал устаревшую карту. Николас недоверчиво покосился на место их будущей ночевки:
– Не похоже это на гостиницу. Может, поищем еще?
– В другой мы уже были, – вздохнула Тэсса, превозмогая желание ворваться в хостел и с разбега нырнуть в ванну. Можно даже не раздеваясь. – А больше нет, ты же слышала, что нам на КПП сказали.
Лейфгунд заткнулся, но очень скоро ему снова пришлось возмущаться, благо повод был серьезным:
– Как это только две комнаты? Нет горячей воды?! Что же нам, в ледяной купаться? И мы еще должны деньги свои платить…
– Мои деньги, – поправил Хелмин и протянул регистраторше задаток. – Остальное утром.
Женщина тщательно пересчитала, отвратительно слюнявя пальцы. И вообще, Тэссе она показалась ужасно вульгарной, а Алгард вот спокойно стоял и смотрел в вырез ее платья, будто это нормально. А еще Тэсса заметила, как Николас напряжен, и сочла это проявлением усталости. Она положила руку ему на плечо и вяло улыбнулась:
– Ничего, скоро выспимся. Но сначала помоемся.
Алгард заказал ужин на троих в общую залу и поманил спутников за собой на второй этаж. Тэссе досталась отдельная комната, а Алгарду и Николасу предстояло делить другую. Они ушли почти сразу, и Тэсса легла на свою кровать и закрыла глаза. Тряска по ухабам уже въелась в кости – казалось, что даже лежа укачивало. И вдруг…
Холодно и сыро. Мокрая одежда противно липнет к телу. Тепло батареи почти не приносит облегчения, только покалывает замерзшие пальцы. Тэсса – нет, кто-то другой вместо нее – зябко кутается в тощий побитый молью плед.
– Там будет для нас место?
Голос усталый, хриплый. Мужской.
– Нет, – ответил ему кто-то безликий. – Возвращайтесь.
– Но куда?
– Я не знаю. Но дальше с ребенком нельзя. Слишком опасно. Наши туда давно не ходят.
Приходит чувство облегчения. Тэссе больше не хотелось никуда идти. Старый уставший мужчина обессиленно опускает руки на колени. Тэсса хочет увидеть его, но не может. Тишину разрезает звонкий детский голос:
– Папа!
Мир исчезает в яркой вспышке невыносимого тепла. Кто это кричит? Тэсса?
Папа!
– Папа!
Тэсса вскочила, едва не упав с кровати. Она кричала? Неужели, задремала? Пальцы скомкали старый тощий побитый молью плед.
Ей приснился сон, странный, жутковатый, но сон. Тэсса боязливо провела ладонью по короткому ворсу – ничего. Ничего не отозвалось в памяти, и, кинув взгляд на часы, Тэсса покинула комнату и пошла в душевую.
От воды уже валил пар. Тесная комнатушка, предназначенная для купания, быстро нагрелась от испарений, исходящих от простой деревянной кадки, достаточно широкой для одного, но, пожалуй, слишком маленькой для двух взрослых мужчин. Тэсса остановилась в паре шагов и с усмешкой наблюдала за очередным конфликтом ее спутников.