— Идём, идём — не бойся, — охранник продолжил вести его к выходу. Костя, ничего не понимая, послушно шёл за ним.
Выйдя на улицу, охранник, все еще держа одну руку на спине Кости, словно направляя его, другой рукой стал указывать куда-то в конец улицы.
— Вот смотри, — серьезным голосом произнес он, — видишь там такое большое кирпичное здание?
— Да, — ответил Костя, пытаясь понять, что происходит.
— Вот за ним торговый центр, и там на четвертом этаже туалет. Понял?
— Да, спасибо, — ответил Костя поникшим голосом.
— Не за что, — сказал охранник и, фамильярно хлопнув его по спине, ушел обратно на свой пост.
Костя, чувствуя себя опустошенным и униженным, вернулся в здание и, стараясь не смотреть в глаза охраннику, прошел обратно в зал ожидания и опустился на свое сиденье. В туалет хотелось неимоверно, до боли в животе, но он понимал, что если сейчас уйдет, то может пропустить свою очередь, и тогда весь этот кошмар придется начинать сначала. Он решил терпеть, стиснув зубы.
Минут через тридцать он не выдержал мучений и пулей вылетел из зала и помчался в торговый центр. Быстрым шагом, почти бегом, добежав до торгового центра, он взлетел на четвертый этаж, нашел спасительный туалет и, облегченно вздохнув, сделал свое дело. Затем, так же быстрым шагом, чуть ли не бегом, вернулся обратно.
Но все его самые страшные опасения сбылись — он пропустил свою очередь. На табло неумолимо горел номер его талона в колонке прошедших.
Костя, охваченный отчаянием, подошел к окошку номер шесть, где он был до этого, и робко обратился к той же женщине:
— Скажите, пожалуйста, меня вызывали, но я выходил…
— И что я сделаю? Где вы ходите? Сидите здесь и ждите, когда вас вызовут, — грубо, даже злобно ответила женщина, не поднимая глаз от монитора.
— Но что мне теперь делать? — тихо спросил Костя, в голосе его звучала безнадежность.
— Берите талончик и ждите, — нетерпеливо отрезала женщина.
— Но я уже два раза брал талончик, — отчаянно пытался хоть что-то сделать Костя.
— Молодой человек, — обратился к нему пожилой мужчина, который до этого момента внимательно и неприязненно его рассматривал, — имейте совесть, не видите, мы работаем, что вы лезете?
Костя отошёл от окна и вернулся в очередь к терминалу. Прошло ещё минут тридцать, прежде чем он взял талончик. Он вернулся на сиденье и стал наблюдать за шестым окном. Рядом с собой он заметил женщину, которая тоже, не отрываясь, следила за этим окошком.
— Подскажите, а вы тоже в шестое окно? — спросил её Костя.
Женщина медленно повернулась к нему и окинула его оценивающим, недоверчивым взглядом с головы до ног.
— А вам какое дело, в какое мне окно? — спросила она резко.
— Извините, — попытался успокоить её Костя, — я просто хотел узнать, сколько человек передо мной.
Женщина не ответила и отвернулась. Костя решил больше не лезть к ней с расспросами, но когда минут через двадцать пожилой мужчина отошёл от окна, прозвучал электронный голос:
— Талон номер Р-54, окно номер шесть.
И женщина вскочила и подбежала к окну.
Костя посмотрел на свой талон: Р-55. “Точно — я за ней”. Он подсел поближе и стал ждать. Но когда минут через сорок женщина отошла от окна и Костя поднялся, чтобы подойти, женщина в погонах встала и ушла, поставив на окно табличку “Обед”.
Костя, словно подкошенный, сел обратно на свое сиденье. У него всё внутри оборвалось. Он стал думать о работе, о поставщиках, контрактах, — ему так хотелось сидеть сейчас на своем рабочем месте, где всё знакомо и понятно, где он чувствует себя хозяином своей жизни. Он тяжело вздохнул.
Женщина с погонами вернулась через час. Костя нетерпеливо поднялся и стал ждать голос, который произнесёт номер его талона. Но женщина не торопилась начинать работать: она то сидела в телефоне, то о чём-то общалась с женщиной из соседнего окошка. Когда наконец она повернулась к монитору, электронный голос произнес:
— Талон номер Р-55.
Костя в долю секунды был уже возле окошка.
— Здравствуйте, я уже подходил насчет суда, — произнес он, протягивая паспорт.
Женщина, приняв документ, отчеканила казенным тоном:
— Знаете, сколько тут таких, как вы, за день проходит?
— Мне нужно подать апелляцию на решение суда.
— Номер судебного производства, будьте добры, — сухо отрезала она.
— Я не знаю номер. Мне письмо на "Добрые Услуги" пришло.
— Вы издеваетесь? — взгляд женщины был настолько пронзительным, что Косте стало не по себе, — Как вы заполните заявление, если не знаете номер судебного производства?