Наконец найдя форму, он принялся заполнять её, старательно выписывая нужные цифры и слова в квадратики, но и квадратики, и оставленные пропуски в тексте были такие маленькие, что Костя запорол уже три бланка — у него слова не помещались и всё время вылезали за пределы текста.
На четвёртом бланке, с горем пополам, всё уместилось. Костя, до смерти боясь допустить ошибку, перепроверял каждую букву, каждую цифру, разложив перед собой на стойке паспорт, СНИЛС и ИНН. Едва закончив заполнение, он с ужасом понял, что ему ещё нужны ксерокопии документов. Вспомнив утреннюю перепалку высокого мужчины с девушкой-сотрудницей, Костя стремглав бросился к выходу и рванул в сторону метро. Он бросил взгляд на часы — до закрытия Центра оставалось чуть больше часа. Представив себе, сколько времени он проторчит в очереди за талоном и в томительном ожидании вызова, Костя перешел на бег. Он нашёл вывеску с надписью "Ксерокопия", сделал на всякий случай по две копии каждого документа и, задыхаясь, помчался обратно.
Запыхавшись, он прошёл мимо охранника, не глядя на него, и встал в очередь. Через тридцать минут он дошёл до терминала и начал выбирать нужный пункт. Костя чувствовал себя уже профессионалом в этом. Из выпадающих пунктов меню нашёл кнопку: “Восстановление доступа к Добрым Услугам”.
Получив талон, он опять переместился в зал и начал ждать. Костя всё это время смотрел на часы, и когда до закрытия осталось десять минут, его номер прозвучал из динамиков, и он подошёл к окну 3.
— Здравствуйте, — выпалил он скороговоркой, протягивая заветную пачку документов и ксерокопий, — мне нужно восстановить доступ к Добрым Услугам.
Женщина, с лицом, не выражающим никаких эмоций, молча забрала документы и принялась что-то бездушно печатать. Через пять минут она вернула оригиналы.
— На электронную почту вам придёт код доступа для восстановления доступа, — отчеканила она еще через минуту и добавила: — Но это будет только завтра.
Костя почувствовал, как у него похолодели конечности и моментально пересохло во рту.
— Как завтра? — прохрипел он, словно умирающий.
— Потому что сегодня рабочий день закончился, — отрезала женщина.
— Но мне нужно подать апелляцию, — пробормотал Костя, находясь в состоянии полного отцепенения.
— Вот завтра и приходите, — сухо сказала женщина, встала из-за стола и, не говоря ни слова, покинула свое рабочее место.
Костя продолжал стоять, как парализованный, не в силах вымолвить ни слова. Он, словно выброшенная на берег рыба, беспомощно шлёпал губами, пытаясь вдохнуть воздух.
Вдруг он услышал знакомый голос за спиной.
— Центр закрыт — на выход, — прозвучало над ухом.
Костя обернулся и увидел охранника, который, скрестив руки на груди, стоял в нескольких метрах от него. Оглянувшись, он увидел, как последние посетители, понурив головы, медленно брели к выходу. Костя, как сомнамбула, поплелся вслед за остальными, а охранник, словно тень, неотступно следовал за ним. Едва Костя переступил порог, охранник захлопнул за ним дверь и запер на замок. Костя бросил последний тоскливый взгляд на непроницаемое лицо охранника, на его ехидную улыбку, сунул документы в пакет и, понурившись, медленно побрел в сторону метро.
Пришло сообщение от Светы:
"Как дела?"
Он хотел позвонить, но, вспомнив её бесконечные семинары и тренинги, решил не беспокоить и коротко написал:
"Ничего не получилось. Еду домой."
Ответа не последовало. Он, словно призрак, добрался до дома и вошел в тускло освещенную квартиру. Света сидела на кухне, словно ждала его.
— Есть будешь? — спросила она. Костя машинально отказался — несмотря на то, что он за целый день не проглотил ни крошки, он не чувствовал голода. Все, что с ним происходило сегодня, физически и морально его вымотало. Он мечтал только об одном — лечь и забыться.
— Во сколько тебе нужно завтра быть там? — спросила Света, и Костя вздрогнул, словно от удара током.
— В письме было написано приехать к одиннадцати, — ответил он убитым голосом.
— Ладно, давай не будем тебя заранее хоронить — съездишь, посмотришь, скорее всего, это какая-то ошибка, — сказала Света, глядя на него, но тут же отведя взгляд, добавила: — Хотя мне Ленка рассказывала, что у её сестры так мужу тоже пришло письмо от Добрых Услуг, муж уехал и не вернулся.
Костя чувствовал опустошение. Он разглядывал прилепленные к холодильнику магниты. Ему показалось странным, что он их никогда раньше не замечал, словно увидел их впервые в жизни.