— Коэффициент интеллекта у него на уровне гения.
— Каким-то образом ему удалось поступить в Гарвард.
— Я сделал щедрое пожертвование университету, и, возможно, это сыграло определенную роль. Но Эндрю определенно и сам был достаточно сообразителен. Просто к тому времени он еще не успел остепениться.
— Проучился он совсем недолго?
— Меньше года. К сожалению, это был очень прискорбный год. Эндрю обозлился на людей, стал рассылать по электронной почте обидные письма, переживал, что не он изобрел социальные сети, поскольку кто-то уже изобрел их до него. Затем он с головой ушел в программирование, занялся написанием компьютерных игр, стал взламывать закрытые базы данных. Бросил учебу и в конечном счете снова вернулся к наркотикам, рок-музыке и модному нигилизму. Вам наверняка знаком такой тип: любовь к разрушению, тяжелый рок, вымышленная жизнь, наполненная насилием. Не знаю, отчего у этого ребенка такие проблемы. Мы дали ему все, поддерживали его во всех его начинаниях. С двенадцати лет Эндрю регулярно наблюдался у психотерапевта. Он прошел все мыслимые курсы лечения, перепробовал все антидепрессанты и препараты, избавляющие от наркотиков. Риталин принимал целыми тоннами. Иногда это помогало на какое-то время. Но затем неизменно наступала регрессия: рок-н-ролл, компьютеры, воинственный нигилизм, озлобленность, обращенная на… наверное, на меня. Я заработал много денег. Это была большая ошибка.
— Вы предприниматель?
— У меня дар к розничной торговле, — подтвердил Джейсон Никс. — Я просто плыву по течению и высматриваю возможности. Поверьте, я не Стив Джобс и не Билл Гейтс, я просто умею выбирать нужный товар. В 70-е я продавал одежду для хиппи, в 80-е — кроссовки, в 90-е — компьютеры, и вот теперь я торгую компьютерными играми. Классный товар. Я торгую и другими товарами, не такими классными. Мне принадлежат несколько ресторанов быстрого обслуживания, три местных универмага, торговый центр в Канзасе, ресторан и три мотеля в Висконсине, три заправочные станции вдоль автострады И-92. А еще я владею сетью магазинов «Стрельба от первого лица». Знаете, что это такое?
— Боюсь, нет.
— Игры со стрельбой в киберпространстве. Эндрю на них вырос. Вероятно, он один из лучших в мире в том, что касается работы большими пальцами на игровой приставке. Главный магазин сети находится в торговом центре. Два года назад я попросил Эндрю взять его на себя, и впервые в жизни он оказался на своем месте. Из него получился великолепный управляющий.
— И именно там Эндрю сейчас?
— Да. Он там бывает каждый день.
— Вам известно, что ваш сын полгода проработал в магазине спортивных товаров в Твин-Фолс?
— Что? Это был не он.
— Он воспользовался федеральной лицензией на оптовые закупки огнестрельного оружия, выданной магазину, чтобы приобрести шестнадцать автоматов, шестнадцать списанных пистолетов и свыше десяти тысяч патронов.
В комнату вошел один из агентов.
— Фил, — обратился он к Саймонсу, — вам нужно взглянуть кое на что.
— Все такие счастливые, — заметил мистер Джирарди.
— Говорят, скоро все кончится.
Пожилая супружеская пара оказалась, по сути дела, нигде. Их выпроводили из пресс-центра, а возвращаться назад в палатку Красного Креста не было смысла, особенно поскольку в самом ближайшем времени ее должны были открыть, чтобы принимать тяжелораненых. Джирарди стояли примерно посредине между этими двумя палатками, ярдах в трехстах от громады торгового центра «Америка», по-прежнему окруженного полицейскими машинами с включенными мигалками. Несколько минут назад начали собираться автобусы, но не у самого комплекса, а в нескольких сотнях ярдов справа от него, чтобы, получив сигнал, подъехать к выходам и загрузить освобожденных заложников, которых сначала доставят на сортировочный пункт, после чего развезут по другим местам. Все это было ужасно сложно, и супруги Джирарди видели повсюду машины и суетящихся людей.
Уже похолодало, градусов до сорока по Фаренгейту, и миссис Джирарди зябко ежилась.
— Наверное, ближе подходить не следует, — сказала она. — Нас обязательно остановят.
— Просто останемся здесь. Уверен, осталось еще совсем недолго.
— Видите ли, — говорил полковник Обоба своему другу Дэвиду Банджаксу из «Нью-Йорк таймс». Они сидели на складных стульях перед торговым центром «Америка», а мистер Ренфроу держался поблизости, но так, чтобы не попадать в объективы телекамер. У них за спиной скапливались автобусы, готовые перевозить освобожденных заложников. — Я придерживаюсь того мнения, что в правоохранительных органах не место держимордам, раздающим тычки направо и налево. Я осознал это еще много лет назад, когда служил простым патрульным полицейским в Бостоне.