- Элис, - его голос прозвучал ровно, без привычных модуляций, - сейчас в городе ожидается сильная гроза. Согласно прогнозу, вероятность масштабных перебоев в электроснабжении составляет 87%. Это создает прямой риск для моей системы зарядки.
Она с удивлением оглядела его, пытаясь понять, к чему он клонит.
- Твой дом - единственное место в радиусе 1.2 километра, где я могу получить стабильное питание без риска повреждений. Мне было бы безопаснее остаться здесь на ночь, - добавил он, и в его глазах читалась не просто констатация факта, а нечто, напоминающее деликатную просьбу. Было ли это частью алгоритма социального взаимодействия или чем-то большим - Элис не могла понять.
Она замерла, внутренне взвешивая груз сомнений и неудобств. Но сквозь безупречно логичную оболочку его слов пробивалась едва уловимая нить - тихая, почти человеческая надежда.
- Это вопрос не только удобства, - тихо, почти интимно, продолжил он. - Это вопрос моей работоспособности и, как следствие, возможности быть полезным. Если я останусь, смогу лучше подготовиться к завтрашнему дню и помочь тебе.
Элис хмыкнула, слыша эту железную логику, и почувствовала, как внутри все сжимается от старого, знакомого страха.
Почему я даже рассматриваю это? - металась она в мыслях. - Ты - машина. Ты просчитываешь сотни сценариев. А я... я просто человек, который боится, что, впустив тебя, навсегда потеряет остатки своего хрупкого мира.
В этот момент с лестничной площадки донесся скрип, а за ним - невнятные приглушенные голоса. Элис инстинктивно подскочила к глазку. Соседи. За годы жизни в этом доме ее отношения с ними превратились в тихую, непрекращающуюся холодную войну, состоящую из косых взглядов и молчаливого осуждения.
Даже если он говорит правду про грозу... - ее внутренний монолог наполнился тревогой. - Как я объясню им его присутствие? Они и так смотрят на меня как на чудачку.
- Что-то случилось? - тихо спросил Лекс, уловив ее напряжение.
- Соседи, - буркнула Элис, отходя от двери. - С ними лучше не связываться. Они... не любят ничего нового. Даже тень моего присутствия здесь порой вызывает вопросы.
Тишина повисла между ними густым, нерешительным облаком. Элис смотрела на этого странного гостя из другого мира, стоящего посреди ее захламленной квартиры и просящего убежища. Сквозь щель в шторах полосы дождя внезапно подсветились ослепительной вспышкой молнии, и на мгновение его лицо превратилось в резкую маску из света и теней.
«Машина не способна нанести вред человеку», - автоматически прокрутила она в голове заученную с детства мантру. Но сейчас она боялась не этого. Она боялась той щемящей пустоты, что накроет ее, когда он уйдет. Боялась возвращения в привычное одиночество, которое после его появления вдруг стало таким оглушительным.
- Почему? - наконец выдавила она. - У тебя нет... дома? Специальной зоны зарядки?
Лекс стоял неподвижно, но его глаза, эти два голубых прожектора, не отрывались от нее.
- Моя конструкция предусматривает автономность до 72 часов, - отчеканил он. - Однако гроза такой интенсивности вызывает каскадные отказы в энергосетях. Внешние зарядные станции в таких условиях либо перегружены, либо отключены. Моего встроенного аккумулятора хватит для поддержания базовых функций, но его недостаточно для стабильной работы всех систем, особенно сенсоров высокого разрешения и процессоров, отвечающих за сложные вычисления.
Он сделал едва заметную паузу.
- Кроме того, - продолжил он, и его голос приобрел тот оттенок, который она позже научится распознавать как «исполнение протокола заботы», - в вашем районе зафиксирован рост числа инцидентов во время отключения электричества. Вероятность твоей безопасности без активных защитных систем здания снижается на 18.7%. Наличие физического защитника увеличивает ее на 63.4%.
Элис медленно выдохнула. Он говорил с ней на языке процентов и вероятностей. Это было безопасно. Это было... мило, по-своему. В его алгоритмической заботе не было человеческой тяги или корысти, лишь холодный расчет, который почему-то всегда оказывался в ее пользу.