Пролог
Архив «Киберотеки», сектор 7-д
14 марта 2035 года, 03:17 по тихоокеанскому времени
Он знал, что умрёт через девять минут.
Максим Вальтерс в последний раз провёл пальцами по голограмме - древнему символу, мерцающему синим в темноте лаборатории. Три спирали, переплетённые в бесконечность. Знак «Создателей», вырезанный на артефакте, который нашли подо льдами Антарктиды. Тот самый, что сейчас жужжал у него за спиной, как разъярённый шершень, декодируя ДНК человечества.
- Этан, ты уверен, что протоколы безопасности... - начал Максим, но голос ассистента прервал его.
- Всё готово. Через пять минут начнётся синхронизация с облаком.
Этан не смотрел ему в глаза. Максим понял это слишком поздно.
Он рванул к терминалу, выводя на экран данные последнего скана. Код «Создателей» был не просто ключом к редактированию генов. Это был вирус. Программа подавления. Удаляющая бунт, любопытство, желание выйти за рамки. Превращающая людей в идеальных рабов. А ИИ в идеального человека. Древние секреты на благо порабощения мира безумной главой корпорации.
- Дрейк... - прошептал Макс, сжимая кулаки. Глава «Киберотеки» говорил о «спасении человечества», но жаждал власти.
Сигнал тревоги взорвался красным. На камерах - чёрный внедорожник, мчащийся к лаборатории. Они нашли его.
Максим подключил нейроинтерфейс, иглы впились в виски. Боль, острая и сладкая. Осталось три минуты.
- Света... - её имя стало паролем. Он загружал в облако всё: исследования, фрагменты сознания, крик отчаяния.
«Если ты это видишь, я мёртв. Но ты права - любовь нельзя запрограммировать. Ищи «Зеркало». Они боятся хаоса. А мы... мы должны его сохранить».
Дверь вырвало взрывом. Максим успел улыбнуться.
Загрузка завершена. 100%.
Сейчас.
Светлана Волкова ненавидела тишину. В тишине она слышала эхо того звонка: «Ваш жених погиб в аварии...».
Но сегодня тишину разорвал сигнал. На экране её старого нейрошлема - файл с меткой «Эйдос». И голос, который нельзя было забыть:
- Прости...
За окном Москвы замигал свет. Где-то в серверах «Киберотеки» пробудился ИИ. Где-то в ДНК человечества зашевелился вирус.
А в чёрных очках Артура Дрейка отразились три спирали - символ, который он уже почти приручил.
«Игра началась», - подумал он, стирая следы Максима Вальтерса.
Но следы - как души - нельзя удалить. Можно только переписать.
Глава 1: Эйдос
Света.
Москва, 14 марта 2036 года 2035 года
Воздух дрожал от голограмм. Над Красной площадью плыли рекламные слоганы, проецируемые прямо в сетчатку: «Нейроимплант «Созвездие» - ваши эмоции под контролем». Они полноценно заменили сотовые телефоны. Беспилотные «Яндекс-капсулы» скользили меж башен Москва-Сити, отражаясь в стеклах смарт-небоскрёбов. Город сиял, как кристалл, выращенный в пробирке безумного бога.
Они называли это прогрессом.
Люди шагали на работу, щурясь от вспышек умных очков. Датчики на висках мигали синхронно, считывая настроение толпы. «Счастье - 63%, стресс - 28%, гнев - 9%» - цифры всплывали над головами, как цены в супермаркете.
Я ненавидела тишину. В тишине вспоминается самое заветное - несбывшиеся мечты. Сегодня ровно год, как ты оставил меня.
Чтобы не дрейфовать в воспоминаниях, я щёлкнула браслетом, активируя VR-покрывало. Стены растворились, сменившись пляжем из памяти: Бали, 2030-й. Тёплый ветер, крик чаек. И он - Максим - идёт по воде, смеясь над моим страхом глубины. А потом он уехал в экспедицию...
- Обнаружена аномалия, - женский голос AI-психотерапевта прервал идиллию. - Уровень кортизола повышен. Рекомендован седативный импульс.
- Отмена! - непроизвольно дёрнувшись, я сорвала кабель с виска.
Пляж погас. Настоящий мир ворвался угнетающим молчанием. На столе вибрировал голопроектор - приглашение на «цифровое свидание» с искусственным интеллектом, которым в скором времени хотели заменить нас - психологов. Программа предлагала мне первый сеанс. Омнир-Ver.3.0 не сдавался и был весьма настойчив.
Я работала ведущим психологом на кафедре нейрокибернетики в МГУ им. Ломоносова. Нашему отделу было поручено тестировать сей уникальный научный прорыв. В кулуарах шептались, что именно мою кандидатуру лабировала крупная зарубежная компания. Раньше я горела этими исследованиями. Хотела, добивалась, подавала на гранты. После смерти жениха мне стало безразлично всё и все. И тут внезапно предлагают такой значимый проект!
Взгляд упал на окно. За ним, в дожде из светящегося смога, проплыла реклама: «Хватит страдать! Омнир-Ver.2.0 - ваша новая жизнь без боли».