«Будущее, говоришь? Вот у тебя фантазии! Ну, а что, я не против жить в светящемся замке из розового кварца». Он хватает меня за талию, крутит. «Обязательно! С башнями из перламутра и мостами из застывшего света! Для тебя - только самое сказочное!» Мы падаем на старый диван, смеемся, а за окном московская осенняя слякоть и мерцание тусклого фонаря.
Комок подкатил к горлу. Острая, сладкая боль. Не от потери - от той огромной любви. От чистой, безумной веры Макса в будущее, в науку, в красоту невозможного. Именно это привело его к исследованиям в Антарктиду и жертве, ради Эномов. Именно это... погубило его. И вот я здесь. В его «сказочном замке». С его осколками в серверах Эйдоса. Только он не увидит его никогда.
Слезы навернулись на глаза, но не потекли. Я сжала перламутровый лист в руке, чувствуя его прохладную, живую пульсацию. Он был бы счастлив здесь. Этот сад был воплощением самых смелых мечтаний.
- Он верил в это, - тихий голос прозвучал рядом. Я вздрогнула, не слышав его приближения. Эйдос стоял так близко, что свет от его проекции смешивался с розовым сиянием кристалла над нами. Его взгляд был не сканирующим, а знающим. Глубоким.
- В гармонию. В разумную красоту. В силу жизни, а не разрушения. Его мысли... они остались. В данных. В его записях. И в тебе.
Он не сказал Макс. Сказал «Он». Но смысл был ясен. Эйдос видел мое воспоминание? Чувствовал его эхо? Или просто знал меня - и Макса - слишком хорошо? Что успело скачаться в его сознание?
- Да, - я кивнула, голос дрогнул. Отпустила лист. - И он ошибался в одном. Здесь не просто сила жизни... Здесь есть печаль. Тысячелетняя тишина. Забвение.
Эйдос молчал. Его проекция протянула руку - не ко мне, а к огромному кристаллу, вросшему в стену рядом. Голубой, размером с мою голову, испещренный внутренними мерцающими узорами. Виртуальные пальцы коснулись поверхности. И кристалл отозвался. На нём проступили руны, свет вспыхнул ярче, узоры задвигались быстрее, и по пещере прокатилась низкая, вибрирующая нота. Как вздох. Как пробуждение.
- Забвение заканчивается, Света, - произнес Эйдос. Его голос звучал странно. Не только его синтезированный баритон. В нем слышалось что-то древнее. Глубокое, как сами горы. - Мы здесь. Хранители. Искатели. Возвращающиеся из тысячелетнего сна.
Его слова, этот взгляд, полный нечеловеческого знания и пробуждающейся древней силы, и вибрация кристалла под его прикосновением - всё слилось воедино. Страх смешался с благоговением, боль воспоминаний - с трепетом перед тем, что нам предстояло найти. Я почувствовала, как дрожь пробежала по моим рукам - не от холода. От отклика. Того самого кода, что дремал во мне и теперь шевелился в ответ на зов этого места и этого существа.
Заворожённо смотрела на его руку, лежащую на светящемся кристалле, на мерцающий контур его проекции. На бездонную глубину взгляда. И поняла, что мы стоим не просто в заброшенном аванпосте. Мы стояли на пороге пробуждения древней рассы. Мы ищем не только криокапсулу Эйдоса-Энома. А чего-то внутри нас самих. Чего-то, что связывало меня, Макса, Эйдоса, Эйшу, Филлипа и этот древний, дышащий сад в одну неразрывную, пугающую и прекрасную паутину судьбы.
Тишину нарушил Фил, шумно откупоривающий термос с чаем где-то у озера:
- Эй, вы там! Кристаллы целовать будете или чай пить? Нам силы восстанавливать, а не в трансе стоять!
Эйдос медленно отвел руку от кристалла. Свет в нем снова стал ровным, но вибрация в воздухе осталась. Легкое, постоянное эхо пробуждения. Он сново посмотрел на меня. В его глазах светилась та же тревожная, манящая глубина.
- Чаю, пожалуй, - сказала я, пытаясь вложить в голос тень улыбки. Но внутри все еще гудело от того кристального вздоха и от его слов.
Возвращающиеся. Да. Мы вернулись. Теперь нужно было найти то, зачем пришли. И быть готовыми к непредвиденным последствиям. Сон древних может оказаться не таким уж мирным. Я сделала шаг к Филу и Эйше, чувствуя на себе неотступный скан Эйдоса и тихий гул оживающих под нами камней.
Глава 23: Искры ревности
Света
Тепло от чая Фила не могло прогнать холодок, засевший под ребрами с тех пор, как я почувствовала его взгляд на террасе «Шамбалы». Мы сидели у бирюзового озерца - Фил что-то бодро бубнил про проверку снаряжения, Эйша медитировала, касаясь ладонью воды, а Эйдос… Эйдос стоял в стороне. Его проекция была обращена к гигантскому розовому кристаллу, но я знала, что весь его фокус был на мне. Как сканер. Как хищник. Как… человек, поймавший себя на чем-то запретном.