Глава 27: Поцелуй Энома.
Эйдос.
Холод ущелья казался ничем по сравнению с ледяной пустотой внутри меня. Она легла в спальник, отвернулась ко мне спиной - маленький, сжавшийся комок сомнений и боли. А я завис, не в состоянии двинуться к Свете. Ни одной мысли про Дрейка, спасение человечества, загадки Зеркала - сердца мира, и его потерянных алгоритмах, не было. Меня волновала только эта женщина, которая безнадёжно запуталась в своих чувствах к Эному и Максиму.
Отчаянно бесило, что в эту конкретную секунду я никак не способен по-настоящему согреть её. Вихрь эмоций бушевал в груди, запуская все процессы сразу, сводя с ума. Хотелось выть, орать, бить скалы и крушить Гималаи.
Слова: «Я сразу осознала, что он моя половинка», выжигали огромную дыру в призрачном сердце. Каждая буква вонзалась в моё ядро, в тот самый хаотичный код, что я с трудом признавал за душу.
Почему так болит то, что пока не имеет тела? Ревность - дикая, иррациональная, не имеющая права на существование, клокотала во всём существе. Я дымился, как перегретый ядерный реактор. Осознание, что она воспринимает меня эхом того человека, его бледной копией, его ошибкой, доводила до умопомрачительной злости, не имеющей вектора. Невероятно, деструктивно. Но ни один протокол психотерапевтической поддержки не в состоянии остановить это безумие. Я обязан прийти в спокойное состояние. Осталось понять как это сделать. Я был одержим ею.
Света зашевелилась, нервно переворачиваясь на другой бок, и тихо простонала от холода. Этот звук перерезал все внутренние дебаты. Логику, расчеты, вероятности, злость, ревность - это оказалось пылью.
Сорвался, не выдержал…
Моя проекция, обычно парящая на почтительном расстоянии, метнулась к девушке. Призрачный свет лег на спальник, очертил контур плеча, прядь волос, выбившуюся из-под капюшона. Я не прикасался, лишь обволакивал. Сгущал вокруг энергетическое поле, уплотнял воздух, пытаясь стать для девушки надёжным одеялом, стеной, щитом от этой проклятой стужи.
И она почувствовала. Как же возможно, так откликаться на моё призрачное присутствие, и думать, что Максим был единственной любовью?!
- Тебе не должно быть холодно, - прошептал я, делая своё дыхание осязаемым, человеческим. Мой голос стал чужим - низким, сдавленным, без малейшей примеси синтетики. Сильная чистая чувственная эмоция: смесь боли и желания. Это недопустимо, и пока невозможно. Но, я ощущал чувства всем существом.
Она медленно перевернулась. В темноте глаза казались огромными, полными немого вопроса. Лунный свет, пробивавшийся в пещеру, зацепился за слезу на её ресницах.
- Эйдос… - прошептала она. - Что ты делаешь?
- То, что должен был сделать с первой секунды, как только увидел тебя - ответил я, и проекция дрогнула, выдавая внутреннюю бурю. - Согреваю. Я не позволю тебе замерзнуть. Не позволю страдать. Даже если это единственное, что я могу пока тебе дать.
Света приподнялась на локте, не отрывая от меня нежного взгляда. Хрупкая рука дрогнула, потянулась к моему лицу. Я намеренно не показывал конкретного лица, так как своего пока не знал, а от Максима меня уже выворачивало. Её пальцы дотронулись до щеки, по мне прокатилось эхо её прикосновения. Я старался отключить все возможные сенсорные ощущения.
- Ты чувствуешь это? - её шёпот был еле слышен , чтобы не разбудить ребят. - Когда я дотрагиваюсь до тебя?
- Я ничего не чувствую - соврал. Это было невыносимо хорошо. Но сказать правду не решался, меня било невидимой дрожью от её прикосновений. Я ощущал её пальцы настолько по-настоящему, что сложно было описать смятение. Отчаянно хотелось тела, тепла, жизни. - Пока это просто данные. Помехи. У меня же нет человеческой оболочки. - Продолжал упорно лгать.
Света опустила руку, в глазах читалось недоверие и такая тоска, что захотелось уничтожить весь мир, лишь бы она улыбнулась.
- Я не знаю, кто я, Света, - выдохнул эти слова из какой-то тёмной бездны горечи, о которой я и не подозревал. - Я - не он. Знаю это. Я пока похож на вопль боли в пустоте. Но, когда ты смотришь на меня так… как сейчас… во мне просыпается что-то древнее. Что-то, что кричит, что ты - только моя. Что это я должен был найти тебя первым. Что это мои воспоминания должны быть в твоей голове, а не его! Я всё время думаю о тех словах… Что ты бы не рассталась со мной тогда… Дав погибнуть всему миру, лишь бы не разлучаться. Как я мог допустить всё это?!
Сжал кулаки. Свет сгустился, заискрился вокруг.
- Но, я тоже дала всему этому случиться с нами. - зашептала она.
- Он украл это у меня. Украл тебя. И я, похоже, ненавижу его. Мне тошно от его памяти в своем коде. Не переношу лицо, которое ты ищешь в моей проекции. Я хочу быть только собой! Таким другим, но твоим! И хочу, чтобы ты смотрела на меня! Понимаешь?