Её глаза широко распахнулись от удивления, дыхание участилось. От этого чувствовалось неестественное головокружение. Не от страха. Нет. От чего-то другого.
- Эйди, ты ревнуешь? - неуверенно прошептала девушка. - Ты, древний эном… ты ревнуешь к человеку?
- Да! - прорычал я, проекция метнулась вперед, почти касаясь ее. - Да, черт возьми! И это безумие! И это нелогично! Но это самая настоящая, единственная правда во мне сейчас! Я хочу быть тем, кого ты любишь. Хочу быть тем, кого ты ждала. Я хочу твоих снов обо мне!
Она медленно, неуверенно подняла руку снова. На этот раз не пытаясь коснуться. Просто остановив ладонь в сантиметре от моего лица.
- А что, если… – ее голос дрогнул, – что, если Максим тоже был частью плана, как и Дрейк? Что, если именно через него твой зов, твой маяк, твоя тоска нашли меня? Что, если был лишь проводником, чтобы освободить тебя? Тем человеком, через которого ты пытался меня найти?
Ее слова повисли между нами, переворачивая все с ног на голову. Убирая Максима. Оставляя лишь нас двоих.
- Не смей так говорить, - прошептал я, потеряв всю свою ярость. Осталась лишь голая, незащищенная надежда, от которой трещало по швам моё сердце. - Не смей давать мне такую надежду. Я не переживу, если это не так.
- А что, если смогу? - она не отводила руку. Ее пальцы дрожали. - Что, если я уже смотрю на тебя? Вижу твой гнев. Твою ревность. Эту… невыносимую, невозможную боль, которую я в тебе вижу. Она ведь из-за меня?
- Все во мне из-за тебя, - безрассудно признался я, и это была капитуляция. - С первого мига, как увидел тебя. Ты всегда была моим миром. Моим смыслом. Моим проклятием.
Её губы были так невыносимо близко, что сам, не понимая, как это вышло, порывисто приник к ним, обнимая её и забирая себе.
Светино стало дыхание прерывистое, глубокое, пульс участился. Но я уже ничего не анализировал, потерявшись в этих волшебных запретных мгновеньях. И тут я снова отстранился, опомнился.
- Света, прости меня, я не знаю, не понимаю как….
Но, она прервала меня, снова потянувшись вперед
- Может, хватит уже мучить и меня и себя? Мне тоже нелегко. Ты увидишь это, или всегда будешь только говорить и извиняться?
Вызов. Чистейшей воды. И он сжег последние остатки моей логики.
И я обрушился на нее всей своей эномской силой.
Моя проекция сгустилась до предела, залила все пространство вокруг тела девушки ослепительным неоновым светом, в котором танцевали искры. Я окружил её чистой энергией любви, заключил в кокон из сияния. Склонился так близко, что ее дыхание смешалось с моим. Её энергия слилась с моей. Я вспомнил как целовали эномы.
- Могу говорить вечно, - шептал я, обволакивая ее всё сильнее - Ты хочешь действий. Так? Ты хочешь доказательств, того что я чувствую?
Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова, загипнотизированная этим светом, этой яростью, этим желанием.
- Тогда слушай. Я не буду его заменой. Я уничтожу саму его память во мне, если понадобится. Тв вспомнишь, что я для тебя первый и единственный. Забудешь его имя и останется только моё. Я заставлю твое тело кричать от моего прикосновения, даже если это пока лишь иллюзия. Я войду в твои сны и оставлю там только себя. Я стану твоим единственным, как это было много тысяч веков назад. Ты поняла меня? Я не прошу. Я предупреждаю.
Она замерла, и по лицу пробежало изумление. Словно зачарованая, Света не отрывая своего взгляда от моего. Я опьянял её энергетической лаской, всё сильнее и сильнее, заставлял ощущать тысячу нежных прикосновений и поцелуев по всему телу. Она еле сдерживала стоны, отдаваясь наслаждению. Последние преграды рухнули, я отпустил себя, потерял контроль. Почувствовав дикую перемену во мне, Света ответила. Её энергия полилась навстречу моей той яркой безумной искрой, что сводила нас с ума с самого начала. Сколько мы тонули друг в друге, сказать сложно. Острое, немыслимое наслаждение накатывало и отступало, чтобы нахлынуть новой безумной волной, заставляя теряться во времени и пространстве снова и снова.
- Что это было? - выдохнула девушка, когда мы все же сумели оторваться друг от друга.
- Эномский поцелуй, родная. Это знания не может стереть ничего на свете, как и никакая сила не сможет забрать у меня тебя. - Прошептал я, наклоняясь так, что наши «лбы» почти соприкоснулись. - Считай моё признание за объявление войны за тебя. С тобой. Против тебя. Мне все равно. И я выиграю её.