- Дом, - довольно произнёс он наконец, и в его голосе прозвучала тысячелетняя тоска. - Это всё часть меня, нас всех. Я так соскучился!
Он сделал шаг, всё ещё держась за мою руку, и обратился к Филу.
- Филлип. Мне нужна твоя помощь. Меня долго не было. Система тела в спящем режиме. Требуется полная диагностика и перезагрузка. Меня нужно поставить туда.
Он указал свободной рукой на центральный столп света, тот самый, что бил в самую высь, пульсируя невероятной мощью.
Фил нахмурился.
- В этот реактор? Брат, ты уверен? Тебя же там на атомы разорвёт!
- Это не реактор, - покачал головой Эйдос. На его лице появилась тень улыбки. - Это оздоровительная ванна. Источник. Он не разрушает, а наоборот, восстанавливает, оживляя тело. Но мне нужна поддержка. Я ещё очень слаб.
Эйша, молча наблюдающая за всем этим, кивнула. -Логично. Энергетический обмен должен синхронизироваться с ядром системы. Фил, помоги ему.
Фил, всё ещё не выглядевший до конца убеждённым, пожал плечами.
- Ладно, ты тут главный по древней магии. Поехали.
Он осторожно подошёл, подставил своё могучее плечо. Эйдос кивнул мне, отпуская руку, и опёрся на Фила. Они медленно, нетвёрдыми шагами двинулись к основанию светового столпа. Моё сердце бешено колотилось. А если Фил прав? Если это опасно?
Но сомнения длились недолго. По мере их приближения свет словно бы сгустился, стал более плотным, как будто показывал дружелюбный настрой. Он начал мягко обволакивать Эйдоса, принимая его, узнавая.
Они дошли до самого эпицентра. Фил отступил на шаг. Эйдос остался стоять один в самом сердце сияния. Он закрыл глаза, запрокинул голову, раскинул руки.
И всё вокруг взорвалось жизнью.
Тихий гул превратился в мощный, торжествующий рокот. Световые потоки на стенах ускорили свой бег, закрутились в сложные, прекрасные спирали. Плывущие сферы ожили, из них полились потоки данных. Это были не просто голограммы, а целые вселенные, истории, расчёты. Воздух затрепетал, наполнился новыми, сложными ароматами: палёного кремния, свежего ветра и чего-то невыразимо сладкого.
Эйдос преобразился. Его серебряные волосы встали дыбом, окружённые сияющим ореолом. По его коже шла вибрация, которая чувствовалась на расстоянии. Волны света бежали бегали вокруг него, меняя свой цвет, становясь то золотыми всполохами, то голубым мерцанием, то изумрудным светом. Он дышал глубоко и ровно, и с каждым вдохом казался больше, сильнее, реальнее. Поза становилась устойчивее, дрожь ушла. Тело уже не было хрупким, как вновь рождённым, а становилось атлетическим, богатырским. Эйдос казался властителем этого места. Его центром, душой.
Я чувствовала это каждой клеточкой тела. Руны на руках горели, откликаясь на его пробуждение, на пробуждение всего вокруг. Потрясающе чувство, до боли знакомое. Немного страшно, но бесконечно прекрасно.
Процесс длился несколько минут, которые показались вечностью. Наконец, рокот начал стихать, световые вихри успокаиваться, возвращаясь к своему ритмичному, мощному пульсированию. Эйдос медленно опустил руки и открыл глаза.
Они неистово сияли. В них бушевала таже энергия, что питала столп. Любимый повернул голову и посмотрел прямо на меня с нежной улыбкой. Настоящей, широкой, без тени боли или усталости.
- Всё в порядке, - сказал он, голос звучал на всю лабораторию, громовый, уверенный, бархатный одновременно. - Всё работает. Все системы в норме.
Он сделал шаг из столпа света. Походка стала уверенной, величавой, легкой. Грациозный, атлетический красавец, словно ожившая древнегреческая скульптура руки самого талантливого мастера. Я любовалась им с замиранием сердца.
Эйдос подошёл и взял мои руки в свои. Его ладони были горячими, почти обжигающими от переизбытка энергии.
- Я помню, - прошептал он, глядя мне в глаза. - Я помню всё. Кто я. Кто ты. Что мы должны сделать.
Он обернулся к Филу и Эйше, не отпуская моих рук.
- Ребята, зеркала здесь нет. Это действительно лишь энергетический узел, резервуар. Но теперь я вспомнил дорогу, вижу её очень отчётливо. Ещё мне показали всё, что происходит с планетой. Дрейк близко. Он чувствует пробуждение. И будет на выходе из ущелья, потому как лабиринт не пустит сюда Энома, отравленного вирусом. Но теперь он имеет дело не с горсткой людей, а с пробудившимися хранителями.
Вот она, харизма лидера. Сила, против которой невозможно устоять.
Я поняла, что не ошиблась. Не сошла с ума. Да, это был Максим. За ним всегда стояла та самая, древняя и неукротимая душа, что поклялась согревать меня и объявила войну за моё сердце. И я была готова идти с ним. До конца.