Что занятно, в конечном итоге напросились все. Даже брат Фабио не утерпел, скромно заметив, что не отказался бы прочитать молитву в «оскверненном замке», дабы пришла туда благодать любви и примирения.
Ну-ну. Святоша в своем репертуаре, то молчит, как рыба, то ляпнет такое, что другие вытаращатся на него, как на диво-дивное или, что скорее всего – на дурачка не от мира сего. Потом вспомнят, что жрец, и облегченно выдохнут. Еще и незаметно покрутят пальцем у виска, мол «этому» можно.
Пошли. Благо идти не надо слишком далеко. Вход нашли сразу. Ничего особенного, здоровенные двустворчатые ворота, узкие и невероятно высокие. Стояли распахнутыми настежь.
– Так, первыми пойдем мы с Кларой и магиком, – принялся командовать Секач. – Немного осмотримся и потом уже позовем остальных. Идет?
Все закивали.
– Может, не стоило оставлять проводника одного? – подал голос Мортиц.
Купец волновался за оставленное имущество в лагере.
– Думаешь, смоется? – с сомнением протянул боцман.
– Ему еще не заплатили, – возразил я. – Верблюды взяты в аренду. А обычные вещи ничего не стоят.
– Там остались запасы еды. Она дорогая, – напомнила Клара.
– Не больше его гонорара, – парировал я. – Зуфур не дурак, чтобы бросаться на мелочь, рискуя потерять большее.
– Верно, малый не выглядит идиотом, – поддержал меня боцман и решительно отрубил: – Ладно, хватит разговоры разговаривать, дела делать надо. Кто идет?
Ясен пень, возражающих не нашлось. Всех толкало вперед любопытство, перемешанное с жадностью.
– Думаете, сюда до нас никто не заходил? – спросил Мортиц, осторожно заглядывая в проем.
– Да разграбили там уже все давно, – фыркнула Клара и… полезла следом.
И где тут, спрашивается, логика?
Боцмана тоже было не остановить. Этому уже, похоже, мерещились подвалы, полные золота, только и ждущие, чтобы его забрали.
И мы пошли, позабыв обо всем, дружной гурьбой вваливаясь в покинутую века назад крепость.
Первым встретил нас невероятно большой холл. Или как это называется? Ничего кроме толстого слоя пыли на полу и редких обломков камней здесь не нашлось. Двинулись дальше.
Анфилады залов сменяли коридоры и переходы, плавно перетекающие в лестницы и спиралевидные подъемы.
Везде пустота, песок, тлен и запустение. Изредка попадались испорченные фрески и барельефы на стенах, в нишах грудой бесполезного мусора лежали разбитые статуи.
Чем дальше мы продвигались, тем слабее становился энтузиазм. В какой-то момент я неожиданно понял, что совсем не хочу идти дальше. И вообще, непонятно, какого черта мы забрались в эту дурацкую крепость?
Похоже, такие же сомнения овладели и моими спутниками.
Как будто наступило прозрение, с глаз спала пелена и люди вдруг осознали, что их поступок абсурден, если не сказать хуже – глуп.
– Что за ерунда? – боцман стоял, тряся головой, будто с похмелья.
Остальные выглядели не лучше. Я с подозрением посмотрел на колдуна.
– Твоя работа? – яростно прошипел я.
Йогар-гал с удивлением на меня покосился.
– Нет, – ответил он, выглядел он ошарашенным, в глазах плескались шок и растерянность.
Божок суматошно замотал головой и еще раз повторил:
– Нет. Я понятия не имею, что происходит. Кажется, нас сюда заманили какими-то очень тонкими чарами.
– Тебе кажется? – мне хотелось пнуть этого самодовольно индюка. – Ты же долбаный бог, как на тебя могли воздействовать заклинаниями?
– В этой оболочке я слабею, – злобно огрызнулся Йогар-гал. – И потом, не уверен, что это обычная магия. Тут что-то совершенно другое.
– Что?
Ответить он не успел, боцман внезапно заорал что-то нечленораздельное и рубанул со всего маху по ближайшей колонне. Сабля жалобно взвизгнула и разломилась, камень остался безучастным к попытке нарушить его целостность.
– Какого Фарха тут происходит? – купец принялся оглядываться, словно увидел это место первый раз.
– Не знаю, но мне это совершенно не нравится, – отозвалась Клара, по привычке тиская рукоять своего палаша.
Еще совсем недавно окрыленная близким богатством, наша компания теперь походила на сбившуюся кучу перепуганных воробьев. Наступило резко протрезвление.
– Кто-нибудь помнит путь назад? – голос Клары Шенриз ощутимо подрагивал. И нельзя сказать, что другие не разделяли ее эмоции. Невидимым ручейком его величество страх просачивался в каждого из нас.
– Вроде там выход? – не слишком уверенно предположил Мортиц, тыкая пальцем за спину.
– А потом? – я мрачно уставился на купца. – Там же еще куча развилок и коридоров. Кто запомнил, где и когда поворачивать?