Достигнув врага, Мечи на ходу перестроились, формируя плотную наступательную колонну. Грохнули, опускаясь, щиты, между ними мелькнули наконечники выставленных клинков.
Оценив положение, колдунья скрипнула зубами, единственный путь для отступления изобиловал разбросанными осколками разрушенного ранее здания. Пройти пешком можно, но проехать вряд ли получится. Тем более галопом, лошади попросту переломают все ноги.
Не уйти. Придется принимать бой, как бы этого ни хотелось. Иначе их перебьют ударами в спину.
Витольд тоже правильно оценил ситуацию. Заскрежетали тяжелые полуторные мечи, извлекаемые из плотных кожаных ножен. Жидкая цепь из девяти дуэгарцев построилась напротив врага в мгновение ока. Алия осталась стоять позади, готовая прикрывать своих магией.
– Хурр-ррра! – проревели орденцы и сделали шаг вперед. Стена щитов передвинулась в едином ритме, плавно, не нарушая порядка.
Отличная выучка, фанатичные ублюдки всегда славились своими образцовыми тренировками до изнеможения. Кое-кто из сорока трех семей даже говорил, что некоторые приемы обучения воинского мастерства стоит перенять у цепных псов конклава первосвященников.
Но у Алии ровная шеренга вражеских солдат в данный момент вызывала лишь раздражение.
– Твари! – с чувством выдохнула она.
Колдунья провела рукой, словно зачерпывая из воздуха невидимую субстанцию, подержала ее на открытой ладони, поводя другой рукой сверху, а затем бросила в строй орденцев.
Белесый шарик в полете обратился в мерцающую сферу, исходящую бледным сиянием тусклого миниатюрного солнца. Холодный мертвый свет не грел, а обжигал стылым морозом.
В строю солдат образовалась широкая просека, по земле покатились визжащие изувеченные тела.
– Отправляйтесь к своему кровожадному богу, ублюдки! – с ненавистью выдохнула Алия, с удовольствием наблюдая, как десяток врагов корчится на мостовой, размахивая обожженными конечностями.
Броня не помогла, заступничества покровителя не случилось, смертные оказались обычными смертными. Слабая человеческая плоть не смогла оказать достойного сопротивления темным чарам.
Над улицей разнесся заливистый смех, дуэгарская ведьма приподнялась на цыпочки, вытягивая руки над головой, между тонких ладоней загоралось новое солнце.
Орденцы неосознанно сбавили шаг, такие еще совсем недавно уверенные, они вдруг поняли, насколько хрупки их тела.
Растерянностью молниеносно воспользовались гвардейцы дома дэс’Сарион. Витольд прыгнул вперед, увлекая за собой жидкий строй девятки бойцов.
Началась резня. Не ожидавшие стремительной атаки, ошеломленные магическим ударом, Мечи подались назад, с каждой секундой теряя все больше людей.
Закаленные в боях дуэгарцы действовали решительно и беспощадно, уничтожая противника быстрыми и точными ударами.
На мгновение показалось, что еще немного и противник обратится в бегство, настолько мощным оказался напор. Однако в какой-то миг враг сумел образумиться и взять себя в руки. Отступление прекратилось, разгрома не произошло. Шеренга красно-черных сомкнулась, вновь став монолитом.
А затем в бой вступил подоспевший паладин.
– Во славу Авирала! – взревел могучий воин, вздымая над головой огромный молот.
В последнюю секунду Витольд успел увернуться, молот ударил по мощеной мостовой, каменные плиты брызнули крошкой.
– Смерть нечестивцам! – заорал святой воитель, делая новый замах.
Командир личной стражи Алии не растерялся, последовал быстрый шаг вперед. Воин в темных доспехах ловко поднырнул под руку противника, перебросил меч из правой руки в левую, одновременно выхватывая кинжал. И нанес единственный удар, попав точно в сочленение пластин багрово-золотых доспехов. А затем так же быстро отступил назад.
Огромная фигура орденца замерла, мощные руки все так же удерживали над головой вскинутый молот, но в глазах растекалась растерянность, перерастающая в осознание поражения.
Паладин слишком поддался ярости, позволил ей завладеть разумом и потерял бдительность. Ненадолго, всего на мгновение, но сопернику хватило с лихвой.
Открылся, слишком высоко поднял руки, и гвардеец сполна сумел воспользоваться преимуществом. Сочленение доспехов, куда пришелся удар, находилось не где-нибудь, а под мышкой святого воителя. Клинок дотянулся до сердца и вышел, оставив внутри маленький кусочек обломанного кончика.
Фигура в сверкающей броне пошатнулась и медленно завалилась назад. Раздался грохот металла.
Солдаты оцепенели, не веря в гибель своего предводителя.
Как и в прошлый раз, дуэгарцы не стали дожидаться, пока противник придет в себя, молча бросились в атаку, и началась новая резня. На этот раз орденцы не сумели оказать достойного сопротивления, слишком ошарашенные смертью своего командира.