Я чувствовала, как у меня начинают трястись руки от понимания, что одной прохладной ванной дело может не ограничиться. Будет не смешно, если после сидения в холодной воде Сяо Ма ещё и заболеет. Есть ли что-то, что может ускорить его выздоровление? Я перебирала в голове всевозможные варианты, откидывая рецепты своего мира, пока паника медленно, но верно накрывала меня с головой, и я переходила из состояния «давайте сделаем хоть что-нибудь» в состояние «ну всё, приплыли». В какой-то момент мне стало настолько страшно, что в голову вместо парацетамола и водки полезли названия растений и пилюль! И да, я таким образом вспомнила о травах — всё, что уже успела прочитать! Лилия, мне нужна небесная лилия и цветы хризантемы. Они должны снять жар и успокоить нервную систему. А её надо успокоить: Сяо Ма не мог ни секунды стоять спокойно — у него дёргались руки, шевелились пальцы, он постоянно оглядывался — было очень похоже на человека с СДВГ. А ведь мелкий весьма спокойный ребёнок.
Благо, всё необходимое у меня было. Правда, ещё до того, как я успела сбегать наверх, внизу раздался писк, и я увидела мышей, держащих в лапках свёртки. Я, конечно, привыкла, что они слишком умные, но разве это не перебор? Ну и ладно. Пока они не выселяют меня из дома — пусть будет. Всё равно полезные.
Сполоснув котёл, засыпала туда травы, долила воды и прокипятила. Благо больше и не требовалось. Для успокоения капнула ци на монокль, чтобы убедиться, что отвар трав я сумела сделать без побочек. Смогла. Там, конечно, уровень качества прыгал, ну да ладно, главное — чтобы работало. Перелив отвар из котла в кувшин, направилась в ванну.
Сяо Ма лежал в ванне в одежде — кажется, решил совместить приятное с полезным: и охладиться, и вещи постирать. И, по счастью, уже не выглядел таким худым и измождённым, как в тот момент, когда я увидела его на кухне в первый раз.
— Госпожа Лу Шиань, — встрепенулся он, увидев меня, порываясь вылезти из ванны и одновременно с этим стремительно краснея, заставляя меня сомневаться: то ли жар у ребёнка, то ли смущается.
— Сиди уж, — отмахнулась я, выливая в оставшуюся воду тёплый отвар. В воздухе приятно запахло мятой. Я потрогала воду рукой и удовлетворённо кивнула. — Всё правильно, вода не нагрелась, а даже стала ещё чуть холоднее. Посидишь ещё полпалочки благовоний и потом вылезай. Переоденься потом в сухое, не забудь, — напомнила я. — Ещё есть хочешь?
Мальчишка жалобно кивнул. Я вздохнула и вышла в зал. Из несъеденного в доме осталось только несобранное. Кстати!
— Ты, — позвала я осла, который настороженно наблюдал из плотно оккупированного зала за происходящей суетой. — Посмотри, может, ещё что-то с хурмы стрясти можно?
Мы, конечно, многое подъели, но, помнится мне, там ещё что-то да оставалось. Мне в ответ показали копытца. Нашёл чем удивить! Не самая большая проблема.
— Вот, — я указала на мышей, которые неосмотрительно не скрылись где-то под полом, а ожидали, чем всё закончится, сидя на подоконнике. — Они собирают, а ты дерево потряси. И от тебя польза будет.
Осёл обиженно фыркнул, мыши обиженно пискнули, но послушно пошли трясти хурму. Понятно, что битых плодов будет много, но тут уж не до жиру. А я задумалась над тем, что ещё можно приготовить так, на скорую руку. И совсем скоро получилось, что лепёшки из муки и воды. Я, конечно, с тестом возиться не любила, в основном из-за того, что оно к рукам прилипает. Но этот вариант был одним из тех, что приходил в голову. К тому же теоретически это должно насытить. Потому что сейчас в нашем милом домике, кроме муки и риса, не оставалось ничего съедобного, да и того риса оставалось уже на донышке. Так что делать нечего — будем замешивать тесто. А потом его ещё и раскатывать. Жуть! Завалявшийся пучок зелёного лука решила пустить туда же, в лепёшки. Вроде ещё немного красного перца оставалось. Так что тоже будет не так пресно. Благо, вся возня с тестом укладывалась минут в пятнадцать-двадцать, если не считать время на то, чтобы тесто отдохнуло. Ну а потом просто жарить. Тем, что я умудрилась спалить всего одну, я гордилась. А в принципе даже неплохо так получилось. Я попробовала одну — съедобно. Если что-то сверху мясное положить, то вообще бесподобно будет.
Где-то на второй лепёшке вернулся осёл, с трудом таща тяжёлое ведро, до краёв наполненное хурмой, на которой спали мыши. Я довольно погладила его по ушам, переложила хвостатых из ведра в подвернувшуюся под руку корзинку и принялась споласкивать фрукты. Может, варенье наварить? Если останется из чего.
Из ванны наконец выполз Сяо Ма. Подрагивать и нервно шевелить конечностями вроде перестал. На горку хурмы и тазик лепёшек посматривал глазами никогда не кормленного, но воспитанного щенка.
— Ешь давай, — я подвинула ему миску с лепёшками, вздохнула и налила чай.
Ел Сяо Ма уже не так быстро, как раньше. Кажется, последствия побочек начали сходить на нет. В конце концов, измученный ребёнок просто заснул с недоеденной лепёшкой в руках за столом. Осёл с тяжёлым вздохом подошёл, подставляя спину. Ну да, сама бы я его не утащила. С грехом пополам уложив мальчишку на осла и придерживая, чтобы не упал, отнесли его в комнату и уложили спать. Будет неплохо завтра к утру ещё что-нибудь приготовить. Я зевнула, понимая, что сама тоже ужасно вымоталась, и, посмотрев на осла, вздохнула:
— Ответственность за завтрак на тебе.
На морде осла было написано крайнее удивление. Мне неожиданно вспомнилась старая байка из интернета, где собака ходила в магазин с мешочком денег на шее и запиской. Кажется, можно повторить. Интереса ради я вернулась и, набросав небольшую записку, нашла мешочек, закинула туда деньги и вручила ослу.
— Помнишь, где мы лапшу ели? — уточнила я. Осёл закатил глаза. — Вот надо туда отнести. И вот это вот отдать, — показала я на записку и на мешочек с деньгами. — Если заберёт и не даст еды, разрешаю разгромить всё.
Осёл кивнул с каким-то садистским огоньком в глазах. А я доползла до кровати и отрубилась.
Разбудил меня какой-то шум со стороны кухни. Я с ужасом вспомнила ночную готовку, и с трудом поднявшись с кровати, выползла на шум.
— В смысле, мне нельзя? — возмущался Бай Шань, крутясь вокруг высокой плетёной корзины, как кот вокруг миски со сметаной.
Его лениво отгонял осёл, отбиваясь и размахивая копытами.
— Я, между прочим, голодный! — пожаловался Бай Шань.
— Это для Сяо Ма, — ответила я на причитания Бай Шаня, заходя в кухню, и зевнула, пытаясь привести волосы в порядок.
Бай Шань с интересом посмотрел на меня и попросил:
— А если поподробней?
Я коротко пересказала ему ночные похождения. Бай Шань раздражённо запустил пальцы в волосы, что-то пробормотал и направился в сторону комнаты Сяо Ма.
Мальчишка спал тяжело, метаясь по кровати и, кажется, снова обливаясь потом. Что-то мне подсказывало: одной корзинки еды будет мало, надо ещё. Бай Шань же взял его руку и принялся измерять пульс, а потом с некоторым сомнением посмотрел на меня и уточнил:
— Мы же ему одну пилюлю скормили?
Я кивнула. Бай Шань почесал голову и, задумавшись о чём-то своём, кивнул своим мыслям, а потом обратился ко мне:
— Проснётся — его надо накормить и охладить.
— Его ночью тоже в жар бросало, — принялась рассказывать я эту эпопею. Бай Шань только кивал, а потом добавил:
— Тогда отвар для ванны, который готовила, ему повтори. Пусть сегодня ест и отмокает, а потом снова ест. У него сейчас идёт полная перестройка мышц и сухожилий. Я бы даже сказал — обновление. Думаю, твоя пилюля отбросила его связки на три-пять лет назад.
— Отбросила? — забеспокоилась я, сходу напридумывав себе кучу последствий одно другого страшнее и с трудом удерживаясь от того, чтобы схватить Сяо Ма в охапку и потащить к врачу. Бай Шань, заметив моё состояние, махнул рукой:
— Я не так выразился. У него связки и сухожилия стали мягче — для освоения пути меча это хорошо. Правда, программу придётся пересмотреть. Та нагрузка, которую я планировал дать, сейчас не подойдёт. Ладно, пусть пока спит, сон — лучший способ восстановиться. И да, вам, госпожа Лу Шиань, тоже бы что-нибудь успокаивающего попить.
Я на удивление покладисто кивнула, сделала себе зарубочку насчёт отвара валерианы или мяты и, вернувшись на кухню, принялась выкладывать еду из корзины. А что, сработало хорошо, мне даже сдачу вернули. Вот только с учётом рекомендаций «есть, спать и снова есть» купленного было маловато. Оставлять Сяо Ма, даже под присмотром Бай Шаня, мне пока не хотелось, а запас еды пополнить было неплохо.
— Ещё раз сходишь? — спросила я осла. Тот закатил глаза и подставил спину для корзинки.
— Я даже не удивляюсь уже, — вздохнул Бай Шань. — Вот откуда у тебя такая умная скотинка?
— За дом выменяла, — отмахнулась я, продолжая снаряжать осла в поход в ресторан. Теперь у меня есть своя бесплатная доставка. Правда, по ослиной морде было понятно, что часто пользоваться ею не получится, но так уж и быть, в качестве исключения он соизволит оказать мне такую услугу.
— А зовут как? — заинтересовался Бай Шань, одним резким движением выхватывая себе паровую булочку. Среагировать никто не успел, а на мой прожигающий взгляд Бай Шань не прореагировал. Ну да ладно.
— А секта как называется? — уточнила я.
— Мне немного перепадёт от завтрака? — перевёл Бай Шань тему. Я подумала и кивнула. Всё же он полезный, будем подкармливать.
— Ты эти пилюли старому лису не продавай, — Бай Шань выцыганил ещё одну паровую булочку и вцепился в неё зубами. — Сяо Ма пригодятся. Да и если хочешь побольше выручить, лучше отдай мне. У меня пара знакомых есть — они на такие пилюли для своих учеников налетят как саранча на рисовые поля. Да и заплатят они сильно лучше, чем этот старый лис. И прежде чем ты спросишь про побочки, поверь, это волновать никого не будет.
— Может, ты на себя всю реализацию моих алхимических изысков возьмёшь? — усмехнулась я, но Бай Шань отмахнулся.
— Неинтересно, да и не те у меня связи. Что-то узкоспециализированное я могу помочь продать, а вот…
Бай Шань сделал неопределённый взмах рукой, который я истолковала как «всякий ширпотреб непонятного происхождения криворукого алхимика», и даже подумала — обидеться ли мне, но решила не развивать тему. Так, на всякий случай, мне пока надо отвар для Сяо Ма приготовить. Потом обижусь как-нибудь.
Правда, прежде чем я успела подняться и отобрать необходимые травы, за спиной раздался голос:
— Ну, пошли тренироваться?
Я вздрогнула и, обернувшись, с некоторым страданием в голосе напомнила:
— Мне надо отвар приготовить и записать кое-что касательно алхимии.
Бай Шань поджал губы — кажется, он был искренне разочарован моим несколько пренебрежительным отношением. Я вернулась за стол и решила поднять сложную для себя тему.
— Я очень ценю, что ты решил обучать и меня, и Сяо Ма. — Бай Шань несколько оттаял. — Но путь меча требует времени. Много времени и много сил. — пока я говорила, мой собеседник только кивал, соглашаясь со сказанным. — Я не смогу параллельно освоить и меч, и алхимию на должном уровне. Можем мы как-то скорректировать расписание?
Бай Шань задумался. Я просто ждала: как человек, который рассказал мне про экзамен, он не мог не знать, что подготовка предстоит весьма значительная. Наконец Бай Шань кивнул:
— Я подберу для тебя комплекс упражнений, он будет занимать примерно пару палочек благовоний. Пока ты его выполняешь, тело немного окрепнет и будет готово освоить базу. После этого начнем ее освоение.
Я кивнула. Этот вариант меня более чем устраивал.
— Госпожа Лу Шиань, наставник… — из комнаты в кухню буквально выполз взъерошенный Сяо Ма.
Я несколько раз моргнула на всякий случай: мне показалось, он несколько подрос, по крайней мере, рукава у него были заметно короче, чем раньше.
— Кушай давай, — кивнула я на накрытый стол, — потом снова в ванну.
— И спать, — дополнил Бай Шань.
— Но… — растерялся мальчишка, переводя взгляд с меня на Бай Шаня.
— Сегодня и завтра только ешь и отдыхаешь, пока пилюля полностью не усвоится, — объяснил Бай Шань. — Пока тебе нельзя напрягаться совсем.
Я подтверждающе закивала.
— А за продуктами осёл сходит. Он неплохо справляется.
Сяо Ма осторожно кивнул. Кажется, во время своей «болезни» он стал крайне чувствителен к происходящему, и страх стать ненужным полез наружу со страшной силой. Я потрепала мальчишку по волосам.
— Зато потом, когда ты усвоишь пилюлю и сможешь освоить путь меча, то будешь защищать меня.
Сяо Ма просиял. Кажется, его этот вариант устроил.
Пока ребёнок наедался, Бай Шань окликнул меня:
— Госпожа Лу Шиань, вы могли бы приготовить мазь Ань Цзинь Гао?
Я задумалась: такого названия не слышала, но, судя по названию, это какая-то успокаивающая мазь для связок.
— Если есть рецепт и ингредиенты, могу попробовать, — откликнулась я после некоторого размышления. — Как ты знаешь, я пока только начинаю путь освоения алхимии.
— Да там вроде ничего сложного нет, — задумался Бай Шань и достал из воздуха свиток, выглядевший таким дряхлым, что мне казалось, он вот-вот рассыплется, и передал его мне.
Свиток я разворачивала дрожащими руками, а потом принялась вчитываться. И чем дальше, тем больше становились мои глаза.
— Ладно, допустим, тебя не смущает пыльца лунного лотоса, но костный мозг нефритового змея? — возмутилась я. — Там ещё жир медведя с ледяных парящих островов указан! Где я тебе это найду? Я о подобных ингредиентах только что из этого свитка узнала.
Бай Шань пожал плечами.
— Ладно, отложим на попозже. Когда ты сдашь экзамен. А ингредиенты… соберем. Надо только выяснить, где кто живёт.
Я только глаза закатила. Почему в его интерпретации завалить какого-то медведя с ледяных парящих островов так же легко, как купить говядину на рынке?