Делать нечего, он понял, что придется самому разбираться с проблемой. Зайдя в комнату охраны, где по-хорошему должно было сидеть минимум двое человек, Роман открыл шкаф и достал карабин. Проверил, заряжен ли тот и отправился на улицу.
Перед тем, как выйти во двор, Роман замер, давая себе пару секунд на успокоиться, восстановить дыхание и собраться с мыслями. Кто-то поджег ворота. Это глупо, если семью хотели убить. Или умно, если хотели вытащить Романа наружу и… А что дальше, юноша слабо представлял. Хитрые планы имеют смысл, только если нападающие знают о его способностях. Если же они не в курсе, хватит пары решительных мужиков с автоматами, чтобы перебить всех, кто в доме.
Как бы там ни было, нужно вести себя аккуратно. За домом могли наблюдать.
Роман толкнул дверь и вышел наружу. Никто не напал. Юноша пересёк двор и добрался до ворот. Те пылали, но огонь медленно сходил на нет.
«Кто-то бросил что-то горючее. Но кто?»
Было слишком много вариантов, кто бы это мог быть. Не серьезное нападение, но акт устрашения.
«Мне хотят сначала истрепать нервы, а потом убить?»
— Что происходит? — выбежала на улицу мать. Она была одета в одни лишь тапки да тонкую сорочку.
Хуже того. За ней выбежала сестра. Круглыми от ужаса глазами она уставилась на горящие ворота.
«Идеально. Если бы враги направили к нам снайпера, семейство Коршуновых сегодня бы прекратило существование. Да и я хорош, зачем-то выбежал наружу, словно от этого был какой-то толк».
— Зайдите в дом! Живо! — крикнул он. — Пока вас не подстрелили!
Последние слова подействовали лучше, чем первые. Мать очнулась, схватила за руку дочь и потащила в дом, где и закрылась. Роман развернулся и оглядел ворота. Металлические, огонь им не сильно повредит, но копоть, определенно, испортит внешний вид. Посёлок, где они жили, вообще-то считался элитным, и сюда нельзя было попасть просто так. Теоретически. А на практике, если очень хочется, пролезть можно куда угодно. Тем более, если главное препятствие — шлагбаум и старик-охранник.
Ночь не была для Романа проблемой, но, как бы ни вглядывался, он никого не заметил.
«Так это оставлять нельзя. Нам нужна нормальная охрана. А значит, пора пускать в дело указания отца».
Роман не знал, восхищаться отцом или ненавидеть. Презирать его ум или брать пример, как с выдающегося образца. Нельзя сказать, что отец был плохим главой рода. Целеустремленный, властный, с предпринимательской жилкой, сильный одаренный, стратег… Достоинств у него много, здесь не поспоришь. Проблема в том, что и враги как минимум не хуже. А по итогу оказалось, что лучше. Вот и выходило, что пусть отец и был умен, но недостаточно, раз погиб.
Сколько Роман помнил, тот всегда любил планы. Чем сложнее, чем больше в них хитростей, тем лучше. Так сам юноша когда-то стал частью очередного безумного логического построения.
«Не клади яйца в одну корзину», — сказал отец, отправляя его на острова перед тем, как присоединиться к команде Рысевых и начать борьбу за власть.
Четыре года Вячеслав Коршунов воплощал один план за другим. Четыре года их группировка набирала силу, безжалостно избавлялась от соперников, копила ресурсы и… Проиграла.
Роман, когда его только отправили, не понимал, зачем отец так поступил. Юноша чувствовал себя брошенным, ненужным… Так было в первые месяцы. Потом он втянулся в новую жизнь, обзавёлся знакомствами и оценил по достоинству открывающиеся перспективы. Можно сказать, что острова — это колыбель современной цивилизации. Именно там появились ходуны такой силы, что распространили влияние по всему миру, захватывая земли и создавая колонии. Длилось это несколько веков, пока другие народы не взрастили своих ходунов и не случилась большая война. Острова — это центр мира, древние роды с вековой историей, культура, богатство… Пусть это всё и померкло, и не так ярко, как раньше, но уж точно гораздо лучше, чем страна в разрухе, откуда уехал Роман.
Упоение новыми возможностями длилось недолго. Новые знакомые оказались не самыми именитыми, а те, кто сидел выше других, не спешили сближаться с иностранцем, да ещё без сильного дара. О даре отец запретил рассказывать.
Почему — Роман узнал где-то через год, когда с ним связался родитель. Так начался их новый, тайный формат общения.
«В чем отцу не откажешь, так это в скромности. Как бы он ни верил в себя, всё равно учитывал вероятность поражения и готовился к подобному варианту развития событий. Достойное уважения качество. Надо и в себе его развить. Но лучше научиться не проигрывать».