Я шустро от него отлетела. Замок щёлкнул, отрезая от мира, а по стенам, окну и двери поползли голубоватые линии. Герцог опустил защиту, отрезав нас от мира. Теперь он сможет сделать со мной что захочет. И я могу сколько угодно звать на помощь – никто не придёт.
– Что вы задумали?
Мне пришлось приложить усилие, чтобы не заикаться от страха.
– Я просто хочу продолжить разговор, чтобы нам не помешали.
Эдгард развёл руками, показывая, что в них ничего нет.
– Успокойтесь и присядьте, – посоветовал он.
Я осталась стоять столбом. Покачав головой, Эдгард быстро шагнул ко мне и силой усадил в кресло.
– Вы ведь нашли что-то интересное в списке? – вкрадчиво поинтересовался он, не сомневаясь в ответе.
– Дорогой и редкий компонент. Он входит в состав ядов. Правда, во все противоядия он тоже входит.
– И? – не понял он.
– Яд можно приготовить из всего. Даже лекарством от кашля, если немного не в том порядке добавить компоненты, можно отравить.
Эдгард прошёлся по комнате, остановившись у окна. Охотничий инстинкт кричал, что он на верном пути.
– Подумайте хорошо, возможно, он входит в компонент редкого зелья? – вкрадчиво поинтересовался Эдгард.
Я задумалась, перебирая в памяти все зелья, в которые входит цветок смерти.
– Мнимая смерть, поцелуй Лолы, ветер мора, – перечислила наиболее редкие, трудоёмкие и дорогие.
Высказавшись, поднялась, искренне считая, что моя миссия тут закончена. Однако магические путы на дверях остались на месте. Хозяин кабинета, похоже, считал по-другому.
– Вы отпустите меня? – спросила, надеясь, что прозвучало не сильно жалобно.
Бояться уже устала, хотелось отдохнуть, принять ванну и, наконец, поесть. К тому же нас вместе видело много людей, и мне нужно морально подготовиться к тем слухам, что непременно пойдут.
– Арина, дорогая, вы куда-то торопитесь? – приторным голосом спросил Эдгард.
– Да, – не стала скрывать. – Вы похитили меня на пути к ресторану.
– Спешили на свидание? – вздёрнул брови Эдгард.
Я кивнула и замерла в ожидании, что меня сейчас отпустят. Злость на этого мужчину росла с каждой секундой. А главное, что против «похищения» он даже не возразил. Значит, это было именно оно. Если бы я знала, как открыть двери, то воспользовалась бы зельем чиха.
– Позвольте поинтересоваться – с кем? – невозмутимо продолжил расспросы мужчина.
– С едой, – бросила резко и отрывисто.
– Простите меня. Нам подадут обед прямо сюда. А вы пока расскажите о каждом зелье подробнее.
– Зачем? В списке нет некоторых компонентов. Они не менее дороги и редки.
– Я слушаю, – с нажимом произнёс он.
– Мнимая смерть понижает пульс, сердце почти не бьётся, и дыхания нет. По всем признакам человек умирает, а через сутки просыпается или нет, зависит от дозировки.
– Интересно, но не вижу, куда можно его применить. Если только не демонстрировать якобы убитых. Дальше, – потребовал Эдгард.
– Поцелуй Лолы, смерть наоборот. То есть человек синеет, коченеет, а только затем умирает. Хотя, говорят, жертвы раньше сходят с ума от страха. Особенно в последние часы, когда тело как камень.
– Замечательно, есть у меня парочка врагов, – мечтательно промурлыкал герцог.
Я уставилась на него округлившимися глазами и без сил опустилась в кресло. Чтобы испытать на человеке такое, нужно быть предельно жестоким.
– Продолжайте, – приказал он. – Ветер мора, я так понимаю, самое сладкое?
– Он распространяется как обычная болезнь. Её разносит ветер. Человек заболевает, на коже появляется сыпь. После трёх дней последствия необратимы даже с противоядием.
– Почему?
– Жертва гниёт заживо изнутри, – поделилась знаниями и поморщилась.
Как-то даже есть расхотелось. Наставник рассказал об этих рецептах в награду за выученный наизусть список минералов, способных к изменению на противоположный компонент. Я тогда очень старалась, правда, потом пожалела. Книга была старая, но картинки хорошо сохранились.
– Так, два последних зелья мне совершенно не нравятся. Но нужно будет изготовить противоядие для всех трёх. Ты их изготовишь.
– Я?! Но почему?
Мне показалось, что я ослышалась. В тайной канцелярии должно быть много собственных алхимиков. Зачем ему я?
– Арина, вы сейчас похожи на обиженного ребёнка.
Проглотив оскорбление, собрала остатки мужества. Я должна отстоять свою свободу и не стать узницей подземелий.
– У меня собственная цель в городе, – произнесла, выпрямившись в кресле.