За едой они разговорились со стариками. Выяснилось, что когда-то они были уважаемыми членами общины, но из-за несправедливого обвинения были вынуждены покинуть свой дом и скитаться по миру, зарабатывая на жизнь подаянием. Старик обладал удивительной мудростью и глубоким знанием древних легенд, а старушка умела исцелять травами и заговаривать болезни.
Ян, Лера и Тобиас почувствовали, что нашли здесь не просто ночлег, а настоящих союзников. В этом мрачном и опасном городе они неожиданно обрели поддержку и надежду. Возможно, именно эти старики смогут помочь им в их непростой миссии.
Глава 16. Тени прошлого
Ветхая лачуга стариков дышала теплом и густым, пряным духом сушеных трав. Воздух, настоянный на чабреце и полыни, смешивался с дымком березовых поленьев, создавая колдовской аромат. На полках, меж пучков кореньев, теснились склянки с мутными настойками, где в зловещей тишине плавали засушенные лапки жаб и перепончатые крылья летучих мышей. Огонь в очаге, словно живое существо, лениво потрескивал, вытанцовывая причудливые пляски теней на стенах, изъеденных глубокими трещинами – словно морщинами, нанесенными неумолимым течением времени. Старуха, представившаяся Мареной, разлила по грубым глиняным кружкам травяной отвар – горький, как полынь, но согревающий до самых костей. Старик, Эйнар, неподвижно застыл у огня, и слепые глазницы его казались двумя бездонными омутами лунного света, отражающими угасающее пламя.
— Расскажите же, путники, что за нужда привела вас в самое сердце тьмы? — прозвучал его тихий, но пронзительный голос, обращенный к Лере. В мягкости тембра чувствовалась стальная нить несломленной воли.
Ян невольно нахмурился, пальцы машинально сжали кожаную рукоять ножа. Лера, ощущая его напряжение, поспешила ответить первой:
— Мы ищем Башню. Ту, где сплетаются воедино миры.
Эйнар замер, словно его внезапно обратили в камень. Марена вздрогнула и поспешно поставила закопченный котелок на огонь, и руки ее предательски задрожали.
— Башня… — прошептала она, будто пробуждая древнее заклинание. — Там, где звон костяного колокола разрывает тонкую завесу между жизнью и смертью.
— Вы знаете, где она находится? — в голосе Тобиаса прозвучала робкая надежда, которую он тут же попытался скрыть, с головой уткнувшись в кружку с горьким отваром.
Старик медленно протянул костлявую руку к полке, с которой свисали пучки высохших кореньев. Среди них покоился небольшой сверток, туго обмотанный выцветшей черной тканью. Бережно развернув его, он извлек медный ключ, покрытый зеленоватой патиной времени. На его округлой рукояти была искусно выгравирована руна. Руна на ключе совпадала не только с руной на зубе Леры, но и с талисманами на поясе Марены — три переплетенные змеи, символ волхвовских кровей.
— Этот ключ отворит врата в подземелья под городом, — произнес Эйнар тихим, скрипучим голосом. — Там, в запутанном лабиринте, вы сможете отыскать карту, что укажет путь к Башне. Но будьте предельно осторожны: те, кто стерегут ее покой, давно перестали быть людьми.
Ян принял из его рук ключ, ощущая, как ледяной холод металла проникает даже сквозь плотную перчатку.
— Почему вы помогаете нам?
Марена издала короткий, надтреснутый смешок, напоминавший скрип несмазанных колес.
— Мы тоже когда-то бежали из утробы «Чрева». Наш сын… — ее голос дрогнул, и она замолчала, борясь с подступившими слезами, — остался там, став частью тех проклятых стен.
Ночь окутала лачугу непроглядной тьмой, но Лере никак не удавалось сомкнуть глаз. Зуб с выгравированной руной болезненно жгло грудь, а в голове настойчиво звучал шепот: «Разбей колокол… Разбей колокол…» Она тихонько вышла во двор, где призрачный лунный свет серебрил бесформенную груду старых досок. Внезапно тень отделилась от покосившейся стены сарая, приняв очертания Эйнара.
— Ты видишь их, да? — спросил он, не поворачиваясь к ней лицом. — Тени, что цепляются за твою душу, пытаясь подчинить ее своей воле.
— Как вы узнали?..
— Слепота – не помеха, когда видишь сердцем, — тихо ответил старик. Он указал костлявым пальцем на зуб, покоящийся на ее груди. — Этот символ – печать хранителя. Твоя кровь пробудит Башню, но цена за это пробуждение будет непомерно высокой.
— Какой ценой? — прошептала Лера, чувствуя, как по спине пробегает неприятный холодок.