Уже на выходе из поместья я вновь ощутил восстановившуюся связь с Орионом. Значит, его разведка прошла успешно.
— Как обстановка? — спросил я у перевёртыша.
«Честно? Не очень…» — ответил питомец. — «Я пробежался по округе. Это настоящий Разлом, а не Осколок. И ведёт он в один из Опустошённых миров Войдов. Пока поблизости никого не наблюдается, но они определённо скоро появятся»
Да уж, это точно. Эти твари превосходно чуют местоположение Разломов.
— Значит, нам ещё повезло, что поблизости оказались только эти трое, — устало пробормотал я себе под нос. — Скоро сюда стянутся и все остальные…
Совсем не по плану начался мой первый в этом мире Сезон Разломов. Поместье, вместе с лабораторией и реагентами, на ближайшее время станет, мягко говоря, труднодоступным.
Угроза Войдов — дело серьёзное. И сил нашего рода абсолютно недостаточно для противостояния им. Трое бойцов, включая охранника Василия, не смогут противопоставить этим тварям ровным счётом ничего.
Да что там — даже клан Борисовых вряд-ли станет тратить свои силы на удержание этого Разлома, особенно когда они узнают что внутри один из Опустошенных миров. Вероятно, здесь придётся подключать гильдии и передавать контроль над осколком Империи. С сохранением права на зачистку, разумеется… Но приятного в этом всё равно мало.
Ещё по прошлой жизни знаю, как неудобно быть в зависимости от других. Но на ближайшие дни — это единственный разумный вариант. Всех домашних так или иначе нужно эвакуировать подальше от разлома. Продолжать жить в поместье, несмотря на оцепление — слишком рискованно.
Кроме того, мне самому, после всей сегодняшней череды сражений, нужно было как следует отдохнуть. Источник скукоживался прямо на глазах. У меня осталось, в лучшем случае, минут пятнадцать, пока действует зелье. А потом… всё. Эффект сойдёт на нет. Я вновь стану обычным алхимиком, а не боевым.
— Сочувствую, Алексей, — опасливо оглянулся в сторону зияющего разлома Морозов, и ускорил шаг. — Не повезло, так не повезло…
— Ничего, все проблемы решаемы, — спокойно ответил я. — Только на решение некоторых из них требуется больше времени и усилий. В разы больше.
Тем временем мы всем составом добрались до ворот поместья, а следом — и до припаркованного рядом грузовичка клана. К которому как раз подъезжали ещё три клановых внедорожника. Группа поддержки в лице свободных дозорных и охотников прибыли как раз вовремя — в бою против Войдов их появление вполне могло помешать, а не помочь.
— Михалыч, вы как? Целы? — к нам подошёл командир одного из отрядов охотников.
— Целы, Борисыч — кивнул Морозов. — Нам повезло. Обошлось без потерь.
— Какова обстановка? — уточнил охотник.
— Из разлома вышли только три твари. Войды. Как я уже докладывал. Так что вы там осторожнее, — добавил Игнатий Михайлович.
— Да, мы в курсе, — хлопнул его по плечу собеседник. — Но как вы только с ними справились, а?
— Самому не верится, — усмехнулся Морозов и скользнул взглядом в мою сторону. — Но об этом позже. Всё будет в отчёте. Если руководство посчитает нужным — узнаете.
— Ладно, в чужие дела не лезем, — Борисыч посмотрел уже на меня. — Я так понял, это… тайна рода?
Я лишь чуть заметно кивнул. Пусть сам додумает удобную для себя версию. Охотник на это махнул рукой и развернулся к своим.
— У нас и без того работы по горло. Не до чужих секретов.
Дальше всё завертелось довольно быстро. Эвакуация прошла штатно. Всех женщин, а именно работниц поместья вместе с матерью посадили в один из внедорожников. Отец сел впереди, на пассажирское место. Я, Полина, Анна и Морозов заняли места в другой машине. Остальным пришлось довольствоваться грузовиком.
— Ничего не хочешь рассказать? — тихо спросила у меня сидящая слева Полина, когда мы выехали.
— Да, и мне тоже было бы интересно послушать, — кивнула Анна, устроившись по правую руку.
— Все вопросы потом, — усмехнулся я, откидываясь на спинку сиденья. После чего протянул Мечниковой одолженное оружие. — Вот, возвращаю в целости.
— Дайте отдохнуть человеку. — поддержал меня Морозов. — Алексей сегодня сражался за десятерых. Я поражаюсь, как он вообще ещё в сознании. Нам самим сейчас непросто, хотя мы и вполовину не рисковали, как он.