Эд прикладывается к кружке. Грог был горячий, подслащенный и с лимонной кислинкой. Они сильно скрадывали крепость, хоть и чувствовалось, что напиток немногим слабее виски.
— А офицеры едят в одно время с нами? — спрашивает он у товарищей. На него косятся с недоумением. Хорст подается вперед:
— Кроме вахтенных. Мидшипмены — здесь, за перегородкой, мичманы, лейтенанты и командор — в кают-компании. Капитан есть отдельно, если только не вздумает пригласить кого-то к себе. Тебе зачем?
— Могу я поговорить с капитаном?
Ридж усмехается, Ратта и Дилнвит удивленно переглядываются. Один Хорст остается невозмутимым.
— Если убедишь стюарда, что дело твое важное. Иначе не пустит. А зная Бульдога Трампа — и с важным не пустит. К тому же, шляться по кораблю за просто так не позволяется. Ты должен будешь договориться с мидшипменом или мичманом, чтобы тебя проводили.
Хорст допивает грог и хлопает кружкой об стол.
— Короче говоря, у тебя должна быть чертовски убедительная причина для разговора. И не только с капитаном, смекаешь?
Эд отвечает коротким кивком, разглядывая свое отражение на дне кружки. Похоже, путешествие может затянуться.
Глава одиннадцатая
Корабль третьего ранга «Агамемнон»
Один день сменяется следующим. Непрерывная рутина и тяжелый физический труд оставляют мало места досужим размышлениям и дают мало шансов авантюрным предприятиям. Бригада к которой определили Сола — расчет двадцатичетырехфунтовки. Этот монстр весит больше тонны, а каждое ядро тянет за десять килограмм. В расчете Эд заменяет худосочного и нерасторопного Дилнвита. Он подает ядра и заряды, набивает ствол, вместе с остальными выталкивает отброшенную отдачей пушку назад в орудийный порт. Учебные стрельбы капитан устраивает часто, день через день, а когда стрельб нет, мичман-канонир заставляет расчеты тренироваться без стрельбы. Помимо того, Мастер время от времени выгоняет матросов на верхнюю палубу, заставляя упражняться с абордажными саблями. Эти упражнения приносят Эду некоторый опыт и несколько неглубоких порезов, от которых остаются тонкие шрамы.
Они в море уже неделю, но Сол за это время видел Данбрелла всего раза три и всегда — на приличном расстоянии. Матросы начинают говорить о скорой стоянке — корабль идет к какой-то военной базе на пустынном острове — Кайорма, кажется.
Снегопады сменяются дождями, ветра становятся теплей. Настроение у матросов поднимается, протяжные и унылые песни — «шанти» — которые они поют за работой, сменяются более резвыми и веселыми. Кое-кто начинает петь и по вечерам, за кружкой грога.
Утром восьмого дня раздается звонкий крик мальчишки-впередсмотрящего.
— Земля по носу!
Отбивают вторые склянки и остров Накорта, приземистый конус серого камня, становится виден и с палубы. Несколько кораблей дрейфуют у его берегов — шхуна и два брига. Несколько судов помельче пришвартованы у причалов.
— Мы сойдем на берег? — спрашивает Сол, вдруг понимая, как страстно желает почувствовать ногами твердую почву. Хорст усмехается:
— Черта с два! На берег сойдут офицеры, может с десяток матросов для погрузки припасов. Да ты не волнуйся — все что надо маркитанты привезут прямо сюда!
— А что надо? — Эд догадывается, что надо матросу на берегу, но…
— Девок и выпивку, а что еще? — смеется Хорст. — Ну, кому надо — шмотки, всякую мелкую утварь. Только тебе не повезло, парень. Жалования нам давать не собираются. Попробуй — может, кто займет…
— У меня идея получше есть, — задумчиво говорит Сол. Мысль эту он вынашивает уже несколько дней. Кажется, сейчас самый повод попробовать.
— Я хочу в кулачных боях поучаствовать. Можешь договориться? — он смотрит на Хорста выжидающе.
За время, которое Сол провел на «Агамемнон», такие бои устраивались всего раз. Тогда подряд прошли шесть поединков, каждый минут пятнадцать. Эд посмотрел и решил, что шансы у него есть. Моряки дрались неплохо, умело пользовались качкой и ограниченным пространством, но силы и быстроты многим недоставало. А уж техникой и разнообразием приемов похвастаться не мог никто. Теперь, когда раны его успели зажить, а силы — восстановиться, Эд хотел попробовать себя. Бойцы получали пятую часть поставленных на них денег. А деньги Эду были нужны — и не на потаскух и спиртное.
Хорст ухмыльнулся, задумчиво оглядел Сола.
— Нужно заплатить входные, — сказал он, наконец. — По кроне за бой.
Эд наклоняется, так что они почти касаются лбами.
— Если заплатишь за меня — верну две.