Хорст улыбается шире, обнажив ряд кривых коричневых зубов.
— Можешь начинать готовиться, — он хлопает Сола по плечу.
Два удара колокола глухо звучат через толстое дерево палуб. Вторые склянки ночной вахты — значит, девять вечера. Сол уже привык к морскому распорядку, колокольный звон распознает почти так же легко, как раньше — стрелки на карманных часах. Сверху слышится топот множества ног — матросы уже собираются поглазеть на бои. Из офицеров и мичманов на корабле этой ночью остались только второй лейтенант и лейтенант морпехов. Оба уже пару часов как засели в кают-компании. Мидшипмены, Бейтс и Карлайл, по словам Риджа, сами охочи боев, так что бояться их не стоит. Эд поднимается и не спеша начинает разминаться. Моряки за соседними столами, те что предпочли зрелищу карты и выпивку, смотрят на него недоуменно. Все эти гимнастические изыски они связывают разве что с бродячими циркачами.
— Одноглазый, — бросает один из них. — Сегодня тебя отделают.
— Это пари? — фыркает Сол. — Сколько ставишь?
Матрос замолкает, слышатся смешки его товарищей. Эд поднимается на первую палубу. Большая часть экипажа здесь — кроме, пожалуй, тех, что стоит на вахте. Ну и тех, кто остался внизу — от безденежья, жадности или еще по какой причине.
Здесь шумно и душно. Матросы громко переговариваются, стучат кружки, кое-где слышится визгливый женский смех. Протолкавшись сквозь толпу, Сол оказывается на краю свободного круга чуть больше пяти шагов впоперек. Под крики толпы в круге идет поединок. Точнее, уже заканчивается. Рослый, белобрысый детина нещадно лупит коренастого, с бочкообразной грудью, противника. Оба уже хороши — лица в ссадинах и кровоподтеках, губы разбиты, ухо низкорослого распухло и налилось темной кровью. Белобрысый проводит удар за ударом, заряжая то в плечо, то в грудь, а то и в челюсть. Наконец, коренастый падает на руки ближних зрителей и обвисает. Нокаут. Матросы собираются вокруг боцмана, раздающего выигрыши по ставкам.
— Вот и ты, — Хорст появляется откуда-то из-за спины. — Следующий бой — твой.
— С кем буду биться? — интересуется Эд.
— Вон с ним, — Хорст кивает в сторону жилистого паренька лет двадцати. Он легче Сола килограмм на двадцать и почти на двадцать сантиметров ниже. Хорошо, что здесь не слышали про весовые категории.
— Не лыбься так, — предупреждает Хорст. — Это — Полубак Нэд. Уже три года плавает и два — дерется на кулаках. А проигрывает один раз на четыре, а то и реже. Его поставили, чтоб народ потешить — показать как он тебя, здоровяка, уделает.
— Это мы еще посмотрим, — кивает Сол. — Какие ставки?
— Три к одному. Не в твою пользу, понятно.
— А ты на кого поставил?
Хорст смеется:
— На кого? А когда крону тебе давал, ты не заметил, или не сообразил? Давай, пора.
Сол вразвалку выходит в круг. Толпа возбужденно гомонит, тугодумы проталкиваются к боцману, чтобы поставить.
Полубак Нэд становится напротив. У него длинные, жилистые руки — такие длинные, что почти достают до колен. Из-за низкого потолка Эду приходится наклонять голову вперед — еще одно преимущество. Ну и, конечно же, глаз. Все это противник наверняка использует.
Боцман, кончив принимать ставки, становится между ними.
— Ниже пояса не бить. Локтями и коленями не бить. Не лягаться. Лежачего не добивать. Кто захочет сдаться — пусть поднимет обе руки. Все ясно.
Бойцы кивают. Боцман оскабливается, отступая к границе круга:
— Я поставил на тебя, Нэд! Уделай его!
Полубак бросается на Эда — стремительно, как кошка. Он бьет слева — так, что это не видит удара. Кулак впечатывается в челюсть, в ухе раздается звон. Эд, не целясь, отвечает прямым, но Полубак уходит вбок, добавляет хуком в корпус. Удары у него поставлены хорошо — дыхание сбивается. Эд бьет левой — этого удара противник не ждет, получив в ухо так, что невольно отступает на пару шагов. Не теряя темпа, Сол добавляет двоечкой. От правого Нэд уходит, а левый снова достает — прямой в грудь, чуть выше солнечного сплетения. Полубак отвечает, но тут Эд разыгрывает свой козырь — закрывается в блоке. Наблюдая за боями он понял, что блок здешним драчунам неизвестен. Так и с Нэдом — он явно не ожидал такой реакции — за что получил уверенный кросс с правой. Брызнула кровь — похоже, Эд рассек бровь. Еще удар, еще — Нэда повело, он попытался ответить, снова попал в блок, получил под дых, согнулся, поймал дропкик в затылок. Полубак падает навзничь, тяжело грохнув о палубу. Секунду или две Эд стоит в полной тишине, оглядывая моряков застывших вокруг. Он встречается взглядом с боцманом, вопросительно поднимает бровь. Полубак Нэд лежит без движения. Боцман с досадой сплевывает ком жевательного табака.