Прежде чем пуститься во все тяжкие, я решительно закупалась по списку, стараясь прислушиваться к своей собственной жабе и не допускать импульсивных покупок. Получалось не всегда. Один только помидор чего стоил — даже цену сбить на него особо не получилось. С одной стороны, мне действительно хотелось помидорок, с другой — мне хотелось посмотреть, как изменится взгляд торговца, когда я куплю их. Что ж, будем считать, что помидоры у нас проходят по разряду сладостей и будут источником быстрого дофамина, потому что привычных шоколадок и конфеток здесь тоже не было. Чай, подобный тому, которым поил меня торговец Ли, здесь тоже не был распространён — в смысле, купить его можно было только в специализированной лавке за такую цену, которая мне пока оставалась не по карману.
Уже практически закупившись всем необходимым, я направилась к выходу с рынка, когда вдруг поняла, что на меня смотрят. Я уже стала достаточно чувствительна к чужим взглядам, особенно таким… оценивающим. И завертев головой в поисках источника беспокойства, практически сразу наткнулась на человека, укутанного в чёрный плащ, с плоской соломенной шляпой на голове, из-под которой было совершенно не разглядеть лица. По крайней мере, мне так казалось, но в какой-то момент я поняла, что встретилась взглядом с капюшоном, а точнее — с почти жёлтыми глазами, пристально смотрящими на меня. Подобные мне здесь пока ещё не встречались.— Благородная госпожа, не желаете ли подойти, взглянуть на редчайшие из товаров?
Я выросла в мире, где дети знают: когда тебя подманивает человек в чёрном плаще, обещая редчайшие из товаров, то первое, что ты должен сделать, — это отойти подальше и позвонить в полицию. Да и вообще от незнакомых людей надо держаться подальше, и я это хорошо знала. Прекрасно понимала, что в этом мире гораздо больше опасности, чем в оставленном мной… и всё-таки подошла. Слабоумие и отвага — это действительно наше всё.
Что происходило дальше, я на самом деле помнила плохо. Ну, вроде я поговорила с этим жёлтоглазым? Или даже торговалась? В какой-то момент всё было как в тумане, и только когда меня схватил за рукав и дёрнул в сторону Сяо Ма, я пришла в себя. К этому моменту у меня в руках уже был небольшой бумажный свёрток.
— Ты что здесь делаешь? — удивилась я.
Мелкий паршивец тяжело вздохнул и выдал:
— Что здесь делаю я — не так уж и важно. Главное, что здесь делаете вы? Неужели в вашей красивой голове не было даже мысли о том, что если ходить по мрачным переулкам города, вас ждут неприятности?
— Ну как же туда не ходить? Они же ждут! — невольно выдала я, понимая, что в очередной раз переврала почти забытую фразу.
Мелкий паршивец демонстративно вздохнул, растрепал и без того растрёпанные волосы, а потом всё-таки переключил внимание на свёрток.
— Вы бы лучше деньги проверили, — посоветовал мальчишка.
А я вздрогнула и полезла за кошельком.
Кажется, мнение братца Ма о моих умственных способностях упало гораздо ниже, чем было до этого. Ничего страшного, я это как-нибудь переживу. Ну, совет проверить деньги оказался весьма кстати. Секундное помешательство обошлось мне практически в треть серебра, которое выдал торговец Ли за бусины. Из хорошего — это были не все деньги, которые он мне выдал. Из плохого — судя по всему, я очень хорошо подвержена гипнозу, потому что хоть убей, не могу вспомнить, как я покупала то, что у меня в руках.
Заинтересовавшись покупкой, я наконец её развернула и едва не запрыгала на месте от радости. В моём свёртке лежала среднего размера свёкла, четыре картофелины, две худосочные морковки (правда, какого-то слишком жёлтого цвета). Кажется, я набрала всё, что нужно для борща, за исключением мяса. Борщ без мяса — деньги на ветер. Поэтому, довольно хекнув, я спросила:
— Сяо Ма, где можно купить мясо?
Мальчишка покачал головой, и мне показалось, что если бы в этом мире было такое обозначение, как «повертеть пальцем у виска», он бы это обязательно сделал. Моё самолюбие спасало только отсутствие этого жеста и оставшиеся крупицы уважения — хотя бы показательного — у мелкого паршивца.
— Сейчас вы хорошее мясо уже не купите, — недовольно пробухтел он. — Где это видано, чтобы на рынок ближе к вечеру приходили?
— А разве это не логично? — расстроилась я. — В конце концов, вечером должны быть скидки.
Сяо Ма опять закатил глаза и подробно объяснил:
— Но и хороших продуктов тоже почти не осталось. Ладно, пойдёмте, купим всё необходимое. И да, не называйте меня Сяо Ма.
В который раз я убедилась, что Сяо Ма — очень полезная штука. В смысле, очень полезный ребёнок. Мало того, что он протащил меня по половине лавок, ориентируясь на мой список, и помог приобрести всё за значительно меньшую сумму, чем я предполагала, так он ещё и представлял меня какой-то «своей», а торговцы, которые его хорошо знали, обещали относиться и ко мне столь же хорошо. От меня требовалось только одно: мило улыбаться, молчать, и ещё раз мило улыбаться.