Интереса ради, не ожидая ответа, я спросила:
— А кто у вас купил ту самую пилюлю?
Дядя откровенно рассмеялся:
— Желтоглазый.
Глава 22
После того как любимый дядюшка ушёл, я задалась вопросом: что это было? Вопрос, между прочим, очень актуальный. Мне слабо верилось, что торговец Ли, весьма занятой и уважаемый человек, просто так возьмёт и придёт к своей любимой племяннице, чтобы предупредить её о возможных проблемах с практиками, о которых она и так догадывалась. Ну не совсем же дурой я была. К тому же моя продукция не была основным источником ассортимента в магазине. Значит, было что-то ещё, что я по неопытности своей разглядеть в этом диалоге не смогла. Дядюшка знал, что у меня есть способности к культивации. Может быть, его интересовало, насколько далеко я продвинулась? Вряд ли. Впрочем, даже если именно это его волновало, сложно продвигаться куда-то без компаса, карты и желательно, штурмана. Так что получалось, что пока я плескалась в совершенно не интересном ему лягушатнике. Или, наоборот, интересном, ведь все мои поделки низкоуровневые и могут быть проданы быстро по низкой цене. И вообще, в этом ли дело? Может, торговец просто по-человечески беспокоился обо мне?
Чем дальше, тем сильнее я ломала голову: ну не мог же это быть просто визит ради визита. Или то, что я ищу везде двойное дно, – это несколько неправильно, иногда синие занавески - это просто синие занавески? Что ж, всё, что у меня оставалось, – просто подумать об этом завтра или послезавтра, или ещё когда-нибудь.
Единственное, что меня беспокоило сильнее, чем визит дядюшки, – это желтоглазый. Хотя нет, желтоглазый беспокоил меня куда меньше, чем визит дядюшки. Мы с ним не пересекались настолько, чтобы у него были ко мне какие-то претензии. С другой стороны, я была источником той самой пилюли. Да и ингредиенты он мне сам всучил, ещё и деньги получил за это. Я недовольно зашипела и запустила пальцы в волосы. Ничего не понимаю в этом странном мире. Ладно, это тоже отложим на потом. Так как у меня нет ничего срочного и важного, можно заняться тем, чем я крайне редко занималась в своём собственном мире – чилить. Отдыхать. Короче, вести жизнь алхимика-недоучки на фоне пасторального сюжета. Такие ролики я иногда встречала в «Ютубе»: китайская красавица готовит еду или что-то мастерит, рядом крутятся коты и собаки, на заднем фоне играет приятная этническая музыка и в голубом небе проплывают облака, а ночь похожа на огни города издалека, только красивее.
Следующие пару дней моя жизнь проходила как в тех самых роликах: изучение трав, растений, попытки в алхимию – иногда удачно, иногда нет. Ради этого я даже перенесла котёл на улицу. Надеюсь, что в случае провального эксперимента пострадает только окружающее пространство, а дом останется целым. Всё-таки восстановить огород и пару кустов дешевле, чем восстановить дом. Мелкий хоть и рвался в город, но я пока его туда не пускала. Мало ли, многоуважаемые практики уже в курсе того, что Сяо Ма – мой подопечный, и после его очередного визита в город решат навестить меня. А мне это надо? Нет, мне это не надо.
Ещё я занималась медитацией и попытками стабилизировать духовный огонь. Постепенно его контроль уже перестал вызывать у меня какие-либо проблемы, получалось практически на автомате – примерно так, как у меня получалось выдавать ци во время вышивки. Вышивке я тоже уделяла достаточно много внимания. Во-первых, не хотелось бы потерять такой полезный навык, а во-вторых, я хотела понять, в какой момент моя ци отделяется и переходит в ткань, наделяя её артефактными свойствами. Именно поэтому вместо сложной вышивки, которую будет жалко испортить, если что-то пойдёт не так, я вышивала простенькие узоры, которые не требуют особой концентрации. Но вот уловить момент, когда по нитке начинает струиться моя собственная ци, оказалось очень сложно. И у Лу Шиань, и у меня это получалось так же естественно, как дышать.
Объектом эксперимента стал дудок — самый нижний слой одежды, чем-то похожий на слюнявчик. В моём бывшем мире он вполне мог сойти за нормальный полноразмерный топ, ну а здесь даже выходя из ванны, поверх него стоит накинуть ещё как минимум пару слоёв. Память подсказывала, что вышить на нём цветы вполне допустимо, ну я и вышивала. Сначала думала пионы вышить, но вовремя вспомнила, что подобная вышивка на столь деликатном предмете одежды — пожелание удачного брака, а замуж я как-то не собиралась. Несмотря на то, что тётушки на рынке уже несколько раз намекали на то, что знают очень приличных молодых людей, которым нужна жена, и даже молодых вдовцов, ценить надо. Я сворачивала тему и старалась как можно быстрее уйти. Хоть я и принимала этот мир, некоторые его особенности пока всё ещё вызывали у меня лёгкую оторопь. В общем, после долгих размышлений, понимая, что могу опять получить артефакт, решила вышить цветы персика. Они вроде благоприятное какое-то значение имеют.