Бай Шань, завалившийся в комнату, в планы восстановления не входил, но судя по его довольному лицу, эти планы придётся пересмотреть. Ну да ладно, не в первый раз, как говорится.
— Рад видеть вас в хорошем настроении.
Я приподняла бровь, не понимая, где он нашёл признаки хорошего настроения у взъерошенной и лохматой меня. Но промолчала. Ещё меня интересовал вопрос: не смущает ли его мой внешний вид? Но потом до меня дошло, что спала я в одежде — переодеть меня никто не догадался, ну или не решился отдать подобный приказ во избежание возможных проблем. Ну и ладно.
— И вам доброе утро, — постаралась выжать из себя приветливую улыбку, планируя, как бы поаккуратнее его спровадить, чтобы принять ванну и переодеться.
Свиток, который он кинул мне в руки, я едва поймала, несколько раз перехватывая в воздухе.
— Ученик написал, — просветил он, прежде чем я решила задать вопрос.
Дальше меня мало что интересовало — я принялась читать, хотя на письмо это было похоже мало. Скорее на отчёт о делах дома. «Куст оклемался, осёл доволен жизнью и учится прицельной стрельбе, веера забрали, и они теперь дома, готовы к отправке по адресу, процесс упаковки дома к переезду идёт. Сам Сяо Ма тоже в порядке, хорошо кушает и активно занимается. Всё хорошо, можете не волноваться».
А я и не волновалась. Главное, чтобы транслируемое «всё хорошо» не оказалось как в той песенке про маркизу. А ещё, как я поняла, вариант того, что я не вступлю в секту Бай Шаня, просто не рассматривался. И по его наглым глазам я видела, что и не рассматривается. Ну и чёрт с ним. Хотя на какой-то момент очень захотелось назло остаться в У Син Тан. Просто назло. Впрочем, из того возраста, когда «назло маме уши отморожу», я уже вышла, поэтому вставать в позу пока не собиралась.
Пока я читала письмо, Бай Шань принёс — точнее, ну как принёс, приказал принести — еды. Именно тогда я осознала, что весьма голодна.
— Ну и как экзамен? — поинтересовался Бай Шань, пока я быстро сметала всё, что было принесено, невольно пытаясь понять: это мне после экзамена еда такой вкусной кажется, или Бай Шань отоварился в столовой классом повыше? Возможен был и тот, и другой вариант.
На его вопрос я пожала плечами и призналась:
— Без понятия. Всё, что смогла, написала, но хватит ли этого на проходной балл — не знаю. Подозреваю, там всё специально сделано так, чтобы его без хороших учителей нельзя было сдать.
— Ну, — Бай Шань пожал плечами, — иногда уникумы всё равно находятся. Так что вам не стоит расстраиваться раньше времени. Надеюсь, пока меня не было, вас никто не беспокоил?
Я покачала головой. И если задуматься, это было даже удивительно — мне казалось, Фу Дай будет более активна в своих попытках сделать мою жизнь невыносимой. Хотя, возможно, они просто забыли обо мне как о чём-то незначительном. По крайней мере, мне хотелось в это верить.
— А ещё, — усмехнулся Бай Шань, — я принёс кое-что интересное.
Признаюсь, я, хоть и была заинтригована тем, что притащил Бай Шань, твердо и непреклонно перенесла знакомство с этим «кое-чем интересненьким» на после ванны. И это не обсуждалось — ванна это святое, и мой спутник это прекрасно понимал, сообщив, что будет ждать меня в кабинете.
Ванна вернула благостное настроение, которое, впрочем, продержалось недолго, потому что в кабинете я с возрастающим ужасом наблюдала, как Бай Шань вынимает из хранения кусок чьего-то чешуйчатого хвоста длиной в мою руку. Да там внутри кость была как мой кулак. Я перевела вопрошающий взгляд на него, а этот неугомонный только улыбнулся, довольный произведённым впечатлением.
— Это ягнёнок с Железных гор, точнее, его хвостовая часть, — порадовал меня Бай Шань.
Я прикинула размер ягнёнка и тихонько сглотнула. Это не ягнёнок, это целое ягнёнище.
— А это нормально, что он… чешуйчатый? — я немного замялась, прежде чем сформулировать мысль.
— Ну да, там водятся существа, которым не чешуйчатые даже не на один зубок, а на закуску. Поэтому в Железных горах очень многие существа спасаются вот такими особенностями строения тела.
Я осторожно постучала по чешуе — раздался металлический звук. Я открыла рот, собираясь что-то сказать, и закрыла. Перевела взгляд на Бай Шаня.
— Я его даже разделать не смогу, — призналась я.
А потом полезла копаться в своих ножичках. В имеющемся наборе алхимика — кажется, там было что-то запредельно острое.
— Я вполне могу разделать, — предложил Бай Шань. — Хотя от меня на кухне мало пользы, но уж порезать-то я смогу.