Молодой господин скрипнул зубами. Я ехидно улыбнулась. Вот — обменялись любезностями.
— Возможно, он боится огня, — предположил парень с некоторой заминкой.
— Каменный муравей? — уточнила я. — Он же не обычный, у него хитин должен быть толщиной в три пальца.
— У тебя есть другие варианты? — отмахнулся парень, которому на вид, мне показалось, было лет шестнадцать. Впрочем, после случая с Ин Цзе я не была уверена в возрасте практиков. — И вообще, — опомнился он, — как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне?
— Тебе не кажется, что обстановка как-то располагает к некоторой неформальности? — уточнила я. — К тому же ты первый назвал меня дурой, и не представился. И если подумать, именно ты был невежлив и нарушил этикет.
Парень закашлялся. Возможно, он лишился дара речи от моего очарования, но есть подозрение, что всё-таки от моей наглости.
— Цзо Сяо из секты Бэй Я Цзун, личный внутренний ученик мастера алхимика Фу Цзин, — начал он.
— Лу Шиань, — начала я, но меня прервали с забавным хмыком.
— Мастера нет, секты нет. Да, я в курсе.
Я закашлялась и перевела взгляд на него.
— Я видел ваше представление на пирсе, когда юная госпожа Чжэн представилась вам. Признаюсь, это произвело на меня определенное впечатление. Да и некоторые ученики Фу Дай вас часто упоминают, правда, в их речах вы воплощение лисы и демонический практик, который лишь маскируется под слабосилка, и вот-вот собирается уничтожить все праведные секты, дабы низвергнуть мир в пучину хаоса и первозданного ужаса.
— Надо же, — я аж поперхнулась. — И это всё про меня. А ведь сидела себе тихонечко дома, никого не трогала. Какой всё же маленький мир культивации, куда ни плюнь — везде Фу Дай. Вроде же небольшая секта.
— Небольшая, — согласился молодой мастер. — Но они участвуют во всех соревнованиях, сборах, советах и прочее, так что они на слуху. Поэтому и твоя с ними ссора не обошла мир сплетен. Знаешь, в мире культивации почти ничего не происходит. Ну, демонические практики пошалят, ну какой-нибудь демон-лорд проснётся, перерожденцы там, всякое-разное. Обсудить вообще нечего, а тут ты.
— Ты надо мной сейчас издеваешься? — вздохнула я.
— Просто где ссора обычного — ладно, не самого обычного — человека с патриархом Фу Дай, а где возрождение какого-нибудь демонического лорда? — парень попытался развести руками, покачнулся, и посильнее обнял сосну. — Просто демон-лорд — он регулярно, раз в сто-двести лет. А чтобы кто-то нахамил патриарху, не имея возможности ему ответить… Это, знаешь ли, редкость.
— Слушай, — уточнила я, — а разве у вас талантливые мастера, которые из простых людей… Ну, не должны так делать через раз?
— Ну да. Просто не все после этого выживают, — усмехнулся парень. — А ты выжила — и от этого стала ещё интересней. Знаешь, за такими звёздочками всегда интересно наблюдать. Это ж ты не просто бросила вызов небесам, это бросила вызов патриарху — и всё ещё жива. Небеса, они, знаешь ли, они там, им, как правило, не до нас. А вот патриарх — он здесь…
— Ладно, о сплетнях обо мне поговорим попозже. Что с муравьём-то делать будем?
Ответом мне было молчание.
— Слушай, — я вдруг вспомнила, как Бай Шань катал меня на мече, а ведь это реально выход. — Ты же на мече улететь можешь, наверное.
И в ответ тишина, а потом тихий и едва уловимый шёпот:
— Я ничего не умею.
— Собратья по несчастью, — усмехнулась я, вздохнув про себя, а план-то был неплохой. — У тебя, может быть, есть какая-то сильная боевая техника, которая позволит пробить панцирь каменного муравья?
— Ты издеваешься? — возмутился парень. — Я алхимик. Если бы у меня были способности к овладению боевыми техниками, стал бы я этим заниматься?
— А почему нет? — удивилась я. — Интересная профессия, уважаемая. Насколько я знаю, в каждой секте нужна.
— Ну, это всё равно не так престижно, как быть великим мечником.
— Ну и ладно, — постаралась я утешить взгрустнувшего парня под равномерный хрум-хрум-хрум, к которому уже как-то привыкла и иногда даже переставала воспринимать. — В этом мире всё решает личная сила. Кто тебе мешает сварить эликсир, от которого у твоего противника будет понос, и потом торжественно его победить? — меня прервал дикий смех.
— Ты же понимаешь, что после такого у меня станет на одного вечного врага больше? — Цзо Сяо, кажется, даже попытался вытереть выступившие слёзы.
— Слушай, одним врагом больше, одним меньше. Наличие врагов — это почти как показатель собственной крутости. Да и потом, наличие врага нас должно волновать в меньшей степени. Сам же говорил, что здесь всё решает личная сила и тому подобное. Значит, у любого сильного человека есть как минимум один враг. Нас должен волновать муравей. Тебе не кажется, что дерево уже шатается?