Когда я вышла к павильону Цзян У Тан, то про себя порадовалась — не совсем безнадёжная. По крайней мере, додумалась идти за небольшими цветастыми группками, направляющимися в одну сторону. Народу там уже было прилично, как я и предполагала, это была примерно моя весовая категория — нижний уровень среднего класса. В принципе, меня это волновало слабо, я в еде не особо привередливая, тем более на халяву. Единственного, чего мне катастрофически не хватало для счастья, — кофе или хотя бы цикория. Два других павильона, доступных мне, я тоже видела, как и публику, направляющуюся туда. Не то чтобы совсем нищие, но как они до секты добрались, у меня вызывало вопросы. Разумеется, я понимала, что внешний вид не показатель силы, таланта и мастерства, хотя некоторые сомнения в этом все же имела. При своих скорее отрицательных знаниях я хоть что-то могла приготовить на продажу и немного заработать. Впрочем, возможно, эти выдающиеся таланты просто презирали вести дела с простыми смертными и покажут свое истинное мастерство здесь.
Судя по тому, что на меня бросали настороженные взгляды, от меня буквально расходились лучи «не подходи — убьёт». Не то чтобы я была против компании, совсем нет, но невыспавшаяся я — злая я, ну или хотя бы так выглядящая. Поэтому не удивительно, что когда я села за край столика, вокруг сразу появилось пустое пространство. Ну и ладно, переживу как-нибудь. Гораздо важнее поесть, а потом вернуться и поспать. Некоторое время я тупила на ложку яично-томатного супа, а потом принялась за еду, буквально с каждым мгновением чувствуя, как просыпаюсь. Готовили неплохо, хотя до Сяо Ма им было далеко, но всё равно очень прилично. Но самое главное оказалось не в еде, самое главное оказалось в сплетнях! Вот о чём я не думала, предполагая поскорее закончить с едой. Но когда краем уха услышала, что на севере объявилась стая демонических волков размером с дом, невольно заинтересовалась.
Справа стайка девушек в бирюзовых ханьфу, явно из одной секты, обсуждала, будет ли в этом году выбрана неофициальная первая красавица экзамена, и кто будет претендовать на этот титул. Может, это будет Чу Синь, ученица мастера Мэн Хуай из секты Ло Сюэ Мэнь — кажется, она хороша в лечебных мазях и эликсирах. А может, это будет Хуа Жун, ученица того самого мастера Гу Тэн из секты Тун Цзянь Тан. Ей всего тринадцать, а она удивительно хороша в боевых эликсирах, да и красива, такая милашка! Настоящий юный гений. Потом был ещё десяток имён барышень, которые не только талантливы, но и красивы настолько, что луна смущённо кутается в тучи, когда они ночью выходят в сад. Двое молодых людей в тёмно-синем прикидывали, какие шансы есть на то, что среди экзаменаторов будет старейшина У Синтан, который известен своей строгостью, отсеивая до половины экзаменуемых. «В прошлом году», — плакался один, — «он завернул меня с комментарием: „Вам не то что к алхимическому, к кулинарному котлу подходить нельзя“. А я-то всего в одном ингредиенте ошибся!»
В секте «бубубубу», название которой я не разобрала, изгнанный ученик с разрушенным золотым ядром, который до этого был гением и надеждой секты, устроил резню, показав, что даже без ядра он оказался сильнее некоторых старейшин. В другой секте бывший неудачник выиграл внутренний турнир и стал личным учеником главы секты и, кажется, потенциальным зятем. Мастер, чьё имя нельзя называть, иначе он придёт, взял ученика, впервые. Другой мастер изгнал ученика, третий переманил ученика, а у четвёртого — только тсс… роман с ученицей. Еще поговаривают, в каком-то крестьянском мальчишке проснулся дух великого мастера меча прошлого, но это совсем уж сказка, не может же так везти сиволапому крестьянину?