Когда я наконец отодрала всё, что могла, то раздражённо пнула тушу, на которой было ещё столько «вкусного», но что категорически отказывалось покидать своего мёртвого хозяина, и побрела на звук водопада.
Каждый шаг давался с трудом, а я всё больше убеждалась, точнее, убеждала себя, что мой браслет бракованный. В конце концов, они должны были вытащить меня, как только меня сожрали. Меня мутило, голова кружилась, сердце заходилось буквально от каждого шага. Мне невольно вспоминались десятки возможных причин такого состояния: от «надышалась непонятно» чем до инфаркта, инсульта, истерии. И как же ж хорошо, что симптоматику погуглить нельзя, а то я бы у себя сейчас понаходила! В голову продолжали лезть куча разных мыслей, которым в голове было откровенно тесно, но чаще всего всплывала одна: «И чёрт с ним, с этим экзаменом, сдала бы через два года», — напомнил чей-то голосок в голове, а потом я вспомнила, что сожгла одну из локаций. Ну или не сожгла, возможно, там всё уцелело, а ещё червяка убила. Я хотела бы заикнуться себе, что это не я, но, учитывая огромную дыру в его животе, это всё-таки моя работа. Может, браслет поэтому не сработал? Понимая, что от меня компенсации — целых ноль десятых, решили хотя бы зверушку покормить. — Да ну, напридумывала себе опять, — убеждала я себя, а потом невольно начинала искать следы заговоров против любимой меня. А вдруг это матушка руки приложила? Как и зачем — не важно, ну а вдруг. Или Фу Дай, который в моей личной категории «злодеи из злодеев», даром что праведные, а может… Их, этих «может», набиралось столько, что относительно трезвый голос в глубине тихонько вздохнул: «Тебе бы отдохнуть, мать, у тебя перегрев. Напридумывала себе». Что ж, поверим ему. Отдохнуть бы мне…
До водопада я добралась совершенно без сил. А потом подумала, что если кто-то в очередной раз заикнётся, что мне везёт, я отхожу этого кого-то мокрым полотенцем — ибо так себе везение.
Глава 16
Вылетела я с водопада очень, на мой взгляд, неудачно — прямо, так сказать, с корабля на бал, или точнее, в гущу разборок: троица практиков щемила зажавшуюся в расщелине между двух деревьев девушку. Это был минус. А теперь плюс: приземлилась я на какого-то парня, который такой подлянки не ожидал, и впечатался мордой в пол. Мягенько приземлилась, хотя и не без ушибов.
— Ой, блин, — я потёрла ушибленное место и посмотрела вниз — форма была мне, кажется, знакомой. Моё появление погрузило компанию в некоторый ступор, ничем иначе длительное молчание, аж на целых десять секунд с момента моего приземления, я объяснить не могла.
— Да как ты смеешь причинять вред брату Фу, мерзкая девица⁈ — о, кто-то очнулся. И, как ни странно, тоже девица, буквально испепеляющая меня взглядом, словно я парня не на землю уложила, а руки-ноги ему переломала.
Я перевела взгляд на вопящую и пожала плечами.
— Все вопросы к организаторам. Проблемы перехода, так сказать.
Истеричная барышня набрала было воздуха, чтобы ещё что-то сказать, а потом неожиданно им поперхнулась. Ибо до нас дошло. До всех дошло. До меня дошло, что за форма — это форма учеников секты Фу Дай. До них дошло, кто я. Подозреваю, им листовки раздают с моим портретом и визиткой, и подпись: «Разыскивается живой или мёртвой».
Они с подозрением перевели взгляд на девицу, которую щемили, сравнили, так сказать, с оригиналом, задумчиво покивали. Я покивала вместе с ними, потому что с выбором жертвы они не особо ошиблись, так как девицей в беде оказалась Чжэн Мо, которая сменила цвет волос с чёрного на белый и сейчас от меня не отличалась буквально ничем, ну, кроме сильно более качественной одежды.
— И как нас спутать было можно? — возмутилась я, не выдержав их переглядов. Блин, ну вот как так-то? Думаешь, ты вся такая уникальная, а вот нет. Даже обидно стало. — Разве не видно, что у неё одежда на пятьсот серебром суммарно тянет!
— Мы не настолько нищие, чтобы одежду в серебре мерить! — пафосно отозвалась девица, стоявшая рядом с Чжэн Мо, ткнув ту в плечо с такой силой, что моя гипотетическая сестрица отступила на пару шагов, уткнувшись спиной в дерево, и кажется, даже ойкнула от боли.