Ладно, посидели — и хватит. Надо заниматься тем, чем занимаются все приключенцы в фантазийных романах, — мародёркой. Точнее, нет, не мародёркой, в конце концов, я приличная барышня. Поэтому — собиранием трофеев. Я не была уверена, что чужое хранилище можно вскрыть, но это не значит, что я не попытаюсь. Поэтому всё, что выглядело плюс-минус дорогим, я прихватизировала. Возможно, потом верну. И вообще — они первые напали, значит, сами виноваты.
— Что ты делаешь? — наконец отмерла Чжэн Мо.
— Лутаю, — огрызнулась я, а потом, наткнувшись на её непонимающий взгляд, уточнила: — Собираю боевые трофеи.
— Но это же воровство.— возмутилась моя излишне честная сестрица, и даже кулаки сжала от возмущения.
Я посмотрела на неё с некоторым удивлением.
— Ты думаешь, если бы у меня было что-то ценное, и я сейчас была бы в бессознательном состоянии, они бы меня просто так отпустили, ничего не взяв?
— Ну разумеется, Фу Дай же праведная секта. — в ее глазах было столько непоколебимой уверенности, что мне оставалось только покачать головой от такой наивности.
— Ну-ну, — закатила я глаза. — Они-то, конечно, может, и праведные. Но я, судя по всему, не очень. В конце концов, это возмещение морального вреда, который приносит мне их секта каждый раз, когда мы с ними сталкиваемся.
— Это низко.— Чжэн Мо, кажется, начинало потряхивать от такого наглого нарушения всевозможных правил. Еще немного, и она начнет физически защищать своих обидчиков. Мне в очередной раз захотелось заглянуть к матушке с вопросом: — Ты ее как воспитывала⁇
— Это рационально. — отмахнулась я, пытаясь не обращать на сестрицу внимания. — В конце концов, ты думаешь, твой отец на поле боя ничего не берёт?
— Мой отец не мародёрствует.
— Разумеется, — усмехнулась я. — Мародёрка — это когда ты берёшь с убитых другим. А вот когда с убитых тобой — это трофеи. Боевые, богатые.
— Всё равно это недостойно благородной девы.— похоже, Чжэн Мо уже смирилась с моей низостью и даже немного успокоилась, по крайней мере, возмущения в голосе стало меньше.
Я с некоторым удивлением посмотрела на неё.
— Ну так я и не благородная, — пожала я плечами. — И вообще, хочешь жить — умей вертеться. Почему ты не дала им отпор?
Она замолчала, а потом обиженно обвинила меня:
— Ты хотела просто пройти мимо!
— Хотела и ушла бы, — усмехнулась я, полностью признавая подобный факт. — Кто я такая, чтобы влезать в твои неприятности? У меня своих хватает.
— Но это из-за тебя они ополчились на меня, — пожаловалась Чжэн Мо.
Ну, технически она была права, здесь была некая доля моей вины. В конце концов, белые волосы указывали на конкретную жертву.
— А ты докажи, — улыбнулась я. Что бы там ни было, признаваться в чем либо я не собиралась. — Между прочим, когда Мяо-Мяо окликнула меня в первый раз, ты тоже обернулась. Значит, какие-то проблемы с ними у тебя уже были.
— Госпожа Мяо-Мяо, как ты её называешь, весьма эксцентричная. — признала Чжэн Мо, сжимая рукав — Но это не значит, что у меня с ней проблемы.
— Ну да, ну да, — покивала я. — То-то у тебя такое выражение лица, словно она твой любимый цветок с корнями выдрала и при тебе приготовила. Кстати, интереса ради: ты в чём таком вымазалась? И это работает только на то, чтобы выбеливать волосы?
— Это сок цветка Бянь сэ хуа. Я случайно. И я даже не знала, что он может менять цвет волос. Если бы я знала, я бы никогда не полезла. Зачем мне такие проблемы?
— Не знаю, — пожала я плечами. — Так как он выглядит, где растёт?
Чжэн Мо посмотрела на меня недоуменно.
Господи, — закатила я глаза. — Человек случайно наткнулся на золотую жилу, и совершенно не собирается её разрабатывать. Да кто ж не откажется иметь возможность перекраситься в нужный ему цвет волос? А если этот сок работает не только на выбеливании? Я же озолочусь.
Я мысленно потёрла руки, прикидывая, как бы лучше упаковать товар и какой поставить ценник. Насчёт ценника в принципе можно не париться — сдам потом цветок торговцу Ли, он разберётся. Любимый дядюшка никогда не пройдёт мимо такой золотой жилы. Вот уж у кого коммерческая чуйка работает.
— Так что там насчёт цветка? — уточнила я.
— Зачем он тебе? — уклонилась от ответа Чжэн Мо.
— Как зачем? Делать деньги — усмехнулась я.
— Ты отвратительно пахнешь медью, — нахмурилась она.
Мне оставалось только смеяться. Что поделать — у меня такая жизнь. И вообще, за еду надо платить, она не появляется просто так. У меня есть свой оболтус, которого надо воспитывать.