— Иначе что? — спросила Вика саркастически. — Иначе ты убьешь меня, милок?
Виктор, одарив ее тяжелым немигающим взором, прошептал:
— Иначе я убью его!
И он ткнул пальцем в шефа, беседовавшего неподалеку с Викторией Евгеньевной.
— Все подчиненные будут только рады! — заявила Вика и отвернулась, накладывая себе на тарелку все новые и новые вкусности.
Внезапно ее пронзило воспоминание — столь же беспечно, более того, преступно, она повела себя тогда, когда Титов грозился убить рыжеволосую официантку из кафе «Слоненок». И даже сказала ему, что пусть он это делает.
И он той же ночью задушил несчастную девушку. Просто так. Чтобы продемонстрировать свое всевластие и наказать ее, Вику.
Всучив тарелку с небольшой Пизанской башней из деликатесов вышколенному официанту, который желал потчевать ее шампанским, Вика обернулась.
И заметила, что шефа около Виктории Евгеньевны больше нет. Как не было в поле зрения и Титова. Вика запаниковала.
Она бросилась к окруженной придворными дамами Виктории Евгеньевне и громко спросила:
— Где он?
Наследница миллионов, а то и миллиардов с тонкой улыбкой спросила:
— Кого вы имеете в виду?
— Не придуривайтесь! — рявкнула Вика, боковым зрением замечая, как глаза придворных дам, как и прочих, кто слышал их беседу, лезут на лоб. — Ваш драгоценный супруг — где он?
Виктория Евгеньевна, чьи черные глаза адски сверкали, так же, как сверкали и глаза Титова в момент совершения преступлений, ответила:
— А зачем вам, Виктория Павловна, мой муж? У вас ведь имеется собственный!
Вика, понимая, что от наследницы (и, судя по всему, сообщницы Титова) ничего не добиться, бросилась в поисках Титова, а заодно и шефа по помещениям агентства.
Она хватала сотрудников, спрашивала, не видели ли они их шефа. Но никто его не видел!
Не мог же он исчезнуть бесследно! Причем в течение какой-то пары минут? Может, Титов сумел выманить его на улицу, туда, где ждал его фургон, полученный в наследство от Роберта Ивановича?
Вика, влетев в свой кабинет, даже выглянула в окно, но оттуда ничего не увидела: офис располагался на девятнадцатом этаже.
Что же делать? Ну конечно же, позвонить на пост охраны и узнать, не покидал ли шеф здания…
Дверь раскрылась, на пороге возник, переминаясь с ноги на ногу, молодой официант.
— Извините, что вмешиваюсь, но я случайно слышал, как вы искали вашего начальника. Это же господин с длинными седыми волосами в оранжевом галстуке?
Вика кивнула и отложила мобильный, который все равно не работал: Титов что-то в нем испортил или отключил какую-то функцию, пока возился с ним в дамской комнате.
— Ну, я случайно видел, как он направлялся в… в мужской туалет!
Вика, даже не поблагодарив официанта, выбежала из своего кабинета и снова налетела на придворную даму Виктории Евгеньевны — опять ту же самую!
Подбежав к мужскому туалету, Вика взялась за ручку двери. Войти самой или лучше попросить кого-то из коллег-мужчин заглянуть туда?
Дверь раскрылась, едва не стукнув Вику по носу, и на пороге возник Титов. Увидев Вику, он еле заметно усмехнулся, в его арктически-ледяных глазах пылал уже знакомый ей адский огонь.
Огонь смерти.
— Там мужчине в туалете стало плохо! — крикнул он. — Пусть кто-нибудь вызовет «Скорую»!
Шеф скончался еще до приезда «Скорой», и реанимировать его, несмотря на отчаянные попытки парамедиков, так и не удалось. Вика безучастно наблюдала за происходящим и за тем, как офис постепенно становится пустым. Сотрудники, тушуясь и отчего-то говоря исключительно шепотом, спрашивали разрешения отправиться домой, и Вика их не задерживала. Она не выпускала из поля зрения Титова, который ходил вдоль обезлюдевшего буфета и хватал то одну вкусность, то другую.
Виктория Евгеньевна давно покинула офис, удалившись вскоре после прибытия «Скорой» вместе со своими придворными дамами в бизнес-костюмах.
Наконец настал момент, когда медики, забрав тело шефа, уехали, последний сотрудник покинул агентство, а официанты собирали грязную посуду.
Вика, посмотрев на настенные часы, поняла, что было всего лишь семь минут третьего пятницы, четырнадцатого сентября, ее двадцать девятого дня рождения.
Дня, который стал днем смерти шефа — и ее встречи после многолетней разлуки с Титовым.
Встречи, которая завершилась очередным трупом.