Человек может оставаться человеком, человек может даже упасть и стать животным, или может вырасти до Божественности. Это его свободный выбор. Но возможность стать Божественным показывает на то, что где-то там в глубине, на уровне семени, у него есть потенциал стать Божественным.
И поэтому это раскрытие. Что-то спрятанное становится проявленным, какой-то потенциал проявляется, что-то, что было просто семенем, становится деревом. В каком-то смысле индуистский Бог полностью отличен от мусульманского и христианского Богов, потому что с точки зрения индуистов человек может стать Богом. Индуисты говорят, что если вы не можете стать Богом, даже концепция о том, чтобы приблизиться к Богу, становится ложной, потому что если вы не можете прыгнуть в пламя, к чему приближаться? Какая разница между вами и кем-то, кто далек? Если вы можете приблизиться, логический вывод говорит нам о том, что вы можете приблизиться все больше и больше, и, в конце концов, стать единым целым.
Если же вы не можете стать едиными, есть предел, граница, и дальше этой границы вы не можете пробраться, остается все время промежуток между вами и Божественным. Но вы не можете вытерпеть этот промежуток. Если остается промежуток, который вы не можете преодолеть, все усилие бесполезно. Индуисты говорят, что до тех пор, пока вы не станете сами Божественными, ваше желание не пропадет. И чем ближе вы будете подбираться, тем больше вы будете чувствовать промежуток, и тем больше вы будете страдать. И когда вы достигнете границы, дальше которой вы пройти не можете, вы начнете гнить, и умрете, ваше страдание будет невыносимо, совершенно невыносимо.
Человек может стать Божественным потому, что Он и так уже Божественный, индуисты говорят, что вы можете стать только тем, что вы и так уже есть. Вы не можете стать тем, что вам не присуще, вы не можете стать чем-то другим. Вы можете только вырасти и быть собой.
Это отношение имеет много измерений. Бог Творец, мы можем думать о Нем, как о художнике, но индуисты так не думали. Они говорят, что Творец не художник, а танцор. Вот почему распространена концепция Шивы танцора. В танце танцор создает нечто, но Творец не отделен от своего творения. Картина и художник отделены друг от друга, художник может погибнуть, а картина останется. И в тот миг, в который картина будет завершена, она становится совершенно независимой от художника. Теперь она будет жить отдельно.
Индуисты говорят, что Бог и Творец подобны танцору. Танцор танцует, танец - это его творение, но вы не можете отделить его от танцора. Если танцор умирает, танец умирает вместе с ним, а если танец продолжается, значит, есть танцор.
Есть еще одно главное и важное: танец не может быть без танцора, но танцор может существовать без танца. Индуисты говорят, что этот мир -сотворен таким образом. Бог танцует, и все сотворенное им - неотъемлемая его частичка.
Есть еще вот что. Художник рисует, он может завершить картину, и пойти спать. Но танец - это постоянное творение. Бог не может идти спать. И поэтому мир был сотворен не в определенный день, он творится в каждое мгновение. Христиане думают. Что мир был сотворен в определенный день, а до него мира не было. Они говорят, что Он сотворил мир за неделю, точно за шесть дней, а на седьмой день Он решил отдохнуть. Если даже Он есть, Он больше был не нужен. Он мог бы даже умереть тем временем. Художник может умереть, а его картина будет продолжать жить. Художник может сойти с ума, но картина остается как есть.
Индуисты говорят, что мир был сотворен, но он вместе с тем творится в каждое мгновение. Это постоянный поток творения, это постоянное творчество. И поэтому если вы будете так воспринимать окружающее, Бог будет не личностью, а энергией. И тогда Бог будет не чем-то статичным, Бог будет движением. Он динамичен, потому что танец - это динамичное движение. Вы должны быть в танце в каждое мгновение, только тогда он может жить. Танец - это выражение, живое выражение, и вы должны быть в нем постоянно.
Мир есть танец, а не картина, и все становится частью этого танца, жестом Божественного. И поэтому индусы говорят очень красивые вещи. Они говорят, что если не все божественно, не может быть ничего Божественного. Если не все свято, никто не может быть святым. Если не все есть Бог, не может быть вообще никакого Бога. Это одно измерение, нужно смотреть на это единство. Они никогда не говорят, что есть единство. Они всегда говорят, что все не двойственно, а причина, по которой индуисты не говорят, что все есть единство в том, что они считают, что если говорить так, возникает ощущение того, что кроме этого единства существует еще и другой.