– Катюха, ты как была великой спорщицей, так и осталась ею, время не изменило. Но всё же надеюсь, удастся тебя удивить. Сегодня же.
– Хорошо, согласна. Удивляй.
Так мы болтали некоторое время, пока не вошли в кафе. Тут я замолчала на полуслове, потому что, обведя взглядом зал, нашла тех, кого не ожидала увидеть: за столиком недалеко от танцпола важно восседала Артёменко Натаха в окружении ответственного секретаря Мамаева и заведующего творческим отделом Бабаевского. Троица о чём-то весело разговаривала. Мне подумалось: как всё просто устроено в жизни. Достаточно мужчину очаровать умением искусно готовить – и он полностью твой вместе с приложением в виде приятелей.
А может, ну его, уволиться из редакции, и все дела. Прежде только желательно убедить себя в том, что трудно, даже невозможно, работать с мужчиной-начальником, у которого такой сногсшибательный парфюм и резкий командный голос. А внешность, как у молодого Ален Делона. Я бы придумала ещё кучу причин, почему не могу работать с Али-Бабой, но мои приземлённые мысли прервал метрдотель, предложивший меню:
– Мы постараемся сделать ваш вечер незабываемым, а это комплимент от ресторана, – и он поставил на стол две маленькие порции брускетт с красной рыбой в виде сердечка и положил рядом визитку ресторана. С обратной стороны было напечатано: «Стихотворение февраля». А далее шёл до боли знакомый короткий текст:
Хочу с неба Луну,
И звезду, что зовётся утренней,
И его, – я тихо вздохну, –
Жаль, любовь моя всё запутанней.
Я у парня в плену –
На лбу неоновая отметина.
А без него умру.
Тяжело. Мучительно. Медленно.
К. Матвей, 17 лет.
– Откуда здесь сие стихотворение?
– Кать, это мой сюрприз. Воспользовался связями, ведь ресторан моего родственника. Помнишь, когда учились в школе, ты на переменах часто засиживалась в классе? – Я кивнула. – Всем было интересно узнать, о чём пишешь всё свободное время. Однажды ты забыла на столе один из листочков, который нашёл Серёга Устименко, но мне удалось вырвать его из рук одноклассника. Не хотел, чтобы твои стихи стали достоянием всех.
– Так они и стали.
Саша улыбнулся во весь рот.
– Это другое. Сейчас никто не станет иронизировать по поводу твоих творческих находок, а тогда бы так и случилось.
– Ну спасибо, друг, ты спас мою репутацию, – сквозь зубы начала я.
– Не сердись. Правда мне удалось тебя удивить?
Примечание
*«Дуют ветры в феврале» – стихотворение «Февраль» С. Маршака
Глава 5.2. Дуют ветры в феврале
Немного подумав, я решила, что ничего страшного не произошло: подумаешь, парень с тоннельным зрением решил сделать девушке приятное, как он это понимает и чувствует. Ну не способен Романов видеть боковым зрением, не способен понять, что это личное, можно сказать, интимное стихотворение не для публики. К тому же совершенно сырое.
– Я не сержусь. Спасибо за сюрприз, удался.
– Мне очень оно нравится. Скажи…
– Ты хочешь знать, кто тот лирический герой, о котором идёт речь в стихотворении?
– Да.
– Прототип его ты.
Романов счастливо засмеялся:
– Катюша, я очень рад. Было такое подозрение, но я боялся, что это Сашка из параллельного. – И бывший одноклассник положил на мои плечи руку. – Спасибо!
В это время зазвучала лёгкая инструментальная музыка и на танцполе, находящемся рядом с нашим столиком, показались Натаха и Мамаев. Красивая пара. Оба счастливые, они с упоением танцевали, полностью отдаваясь мелодии. По их объятиям можно было читать, что чувствуют в эту минуту: «Я наслаждаюсь тем, что ты рядом», – казалось, говорил она. «Я рад, что ты со мной», – вторил он.
Ну, наконец-то, свершилось, кажется, они нашли друг друга – эти два любителя кулинарных изысков. Я, рассматривая танцующие фигуры, вяло размышляла о том, что сочетание в одежде синего и серого меня бледнит. Вон как гарно одета Натаха, красотка просто в этом ярко-кумачовом платье. Вскоре нам принесли цесарку, запеченную с брусникой. Кто бы знал, что с ней делать? Саша, видя моё замешательство, сказал: