Глава 5.4. Дуют ветры в феврале
Два дня назад шеф уехал в командировку. Уехал с Григорян. Сам по себе факт поездки никого не удивил, но почему Бабаевский отбыл именно с Клавой? Больше всех надрывалась недовольная Офелия.
– Нашёл с кем ехать! С Григорян! Ты гляди-ка фотохудожник, – по-бабьи причитала она, подперев руками бока, – да каждый из нас такой же фотохудожник.
Меня, Ремизову и Артёменко Офелия в деле соблазнения шефа в расчёт не принимала, к тому же Натаха несколько поубавила свой пыл, решив обратить внимание на Мамаева, и стала абсолютно безопасной для конкуренток. Лучше, как говорится, синица в руках, чем стреляный воробей Бабаевский в небе. Оказывается, Али-Баба пригласил Артёменко в ресторан, поскольку хотел отблагодарить за стряпню-уборку, а за ним увязался и Мамаев – любитель Наташкиной выпечки. А вот Клава… Клава – серьезная соперница для Емелиной: и умна, и красива, и образованна.
– Вам известно, что она к юбилею Бабаевского пишет его портрет? – со злобой в голосе продолжала просвещать нас Офа.
– А когда у него день рождения? – встрепенулась Ремизова. – Надо же подарок приготовить.
После инцидента с неудавшимся покушением она стала преданным сторонником Али-Бабы, однако мыслей о соблазнении шефа не оставляла по-прежнему.
Офа, будто не слыша предложения Иринки, продолжила свои показательные выступления:
– 24 февраля исполнится тридцать пять лет. – Надо же, я-то думала, он моложе. Ну на тридцать пять точно не выглядит. – А эту штучку Григорян он ещё не знает. Вы в курсе, что она в Москве ограбила жену одного известного депутата, своего любовника, и, он, дабы замять это дело, вынужден был отправить Клавку сюда, можно сказать, в ссылку, подальше от всевидящего ока жены. Даже уголовное дело не завели. Всех подкупил.
– Емелина, ты ври, да знай же меру, – прервала я её гнусные инсинуации. – Григорян на это не способна.
– Много ты знаешь? Издали все люди неплохие. У меня родственник в органах, он и рассказал. Всё правда. Можешь на досуге у неё поинтересоваться.
Я понимала: это какие-то чудовищные наговоры. Конечно, Клаву я знала всего-то четыре года, но мы все родом из детства, и я никогда не верила, что человек может измениться в принципе. Он способен лишь подкорректировать некоторые свои черты характера, но не настолько глобально.
Ещё через два дня Григорян и Бабаевский вернулись домой чрезвычайно довольными: командировка прошла успешно. Натаха, Офелия и Иринка продолжали шептаться, посматривая на Клаву, я же в их разговорах участия не принимала, выразив однажды и навсегда своё мнение по поводу бывшей одноклассницы. Немногим позже Али-Баба снова вызвал Григорян к себе в кабинет, и там они о чём-то долго разговаривали, смеялись. Меня, как ни странно, такие междусобойчики тоже начали раздражать: что они гусей дразнят? Если у них отношения, так объявите об этом во всеуслышание – и нечего амурные дела вести за спинами своих коллег. Коллектив имеет право знать!
***
Саша, встретив меня у дверей редакции, похвастал:
– Ура! Катюха, я получил кубок «Лучший в профессии». На днях еду на межрегиональные соревнования. Можешь поздравить.
– Поздравляю, дорогой! Очень рада твоим достижениям!
– Вчера к нам в отряд приходила Клавка Григорян. Сфотографировала, сказала, что в ближайшем номере еженедельника обо мне будет статья. Но где я и где ваша «Блондинка»? – Романов засмеялся.
– Напрасно так думаешь, – задохнулась от возмущения. – «Блондинка рулит» в значении доминирует, создаёт. Вот мы и создаём такую газету. Но она и для мужчин тоже. А скоро будет и детский вкладыш: рисунки-раскраски из книги «Твои защитники» к 23 февраля. Клава над этим работает.
– Да понял я, это просто шутка, – засмеялся Саша. – Когда ты приедешь ко мне? Сколько можно нам, как подросткам, ходить в кино, боулинг, клубы? Пора переводить отношения в новое качество, тем более у меня своя жилплощадь.
– Ты хотел сказать в горизонтальную плоскость? – прямо спросила я.
Романов смущённо засмеялся и тряхнул головой:
– Именно об этом я и говорю. Мы же присмотрелись друг к другу и поняли, что подходим.
– Говори за себя.
– А что, я для тебя мелковат? – обиделся Саша. – Бабаевского тебе подавай?
– При чём здесь Бабаевский? – гаркнула я, окончательно разозлившись на Романова. – Мне он совсем не нравится. Всего лишь не хочется спешить.
– Ну не замуж же тебя зову, пойми. Я и сам не хочу жениться, хотя ты мне, не скрою, очень нравишься. Знаешь ведь: жил гражданским браком, но быстро сбежал, ибо не о чем было поговорить, кроме как о разбросанных по всей квартире вещах, невымытой посуде и вечной нехватке денег. С тобой другое дело – интересно и весело. Поэтому и предлагаю разнообразить наши встречи лёгкими, необременительными отношениями. Ты же тоже о замужестве не мечтаешь?