— Стажер, Сашка, — остановив одного из инквизиторов одним взглядом, попросил Ян. Он устал, кости поламывало от напряжения, а по вискам катился пот, но он продолжал сражаться, когда последние выстрелы отгремели: за жизнь Влада. — С ним еще девочка из гражданских. Доставьте их в отделение как можно скорее, пусть отправляются с ведьмами. Отвечаете за них.
— Так точно, товарищ капитан.
Лейтенант кивнул и отдал пару приказов по амулету, прежде чем исчезнуть в пустом дверном проеме вслед за своей группой. Прихрамывая, за ним Айя потащила на себе Волка — и удивительно было наблюдать, как эта хрупкая, но упрямая женщина волочет на себе плечистого мощного демона. По указке Яна подбежавшая ведьмочка-медичка хлопотала над Виреном, разбуженным и сонно хлопающим глазами, и молчаливым оторопелым Заритом.
— Влад, — вдруг охнул Вирен, когда смог сфокусировать взгляд. Он поднялся, пьяно покачиваясь, неловко отпихнул в сторону возмущенную ведьму и сделал к ним несколько шагов, прежде чем снова завалиться набок — обиженная девчонка смогла его поддержать. — Как же так, это из-за меня, — бормотал Вирен, невесть откуда взяв вину, которая светилась в его покрасневших глазах. В голосе скрывалось чудом сдерживаемое рыдание. — Зачем? Вы могли умереть! Вы нужны Аду, а я…
— Мы за тебя ответственные, дебила, блядь, кусок, там даже справка есть, — с трудом прохрипел Влад. — Никогда не смей думать, что не достоин спасения. Что ты менее важен. Я запрещаю. Мы бы умерли ради тебя, это правда. Ты нужен Гвардии: ты ее будущее, надежда. А мы умеем жертвовать собой… Хоть чему-то научились за столько лет.
Растерянного, порывающегося что-то возразить Вирена повели прочь ведьма и Зарит, который куда лучше держался на ногах. Постепенно зал опустел, но снизу еще доносилось эхо, глухо звучали голоса. Если бы Ян захотел, он мог бы уловить тяжелые звуки шагов, тычки, которые доставались артачившимся пленникам, и далекий рев машин. Но он с нетерпением, обострив чувства до предела, ждал другого: когда же спадет плотный — точно резиновый — магический купол. Наконец стало легче дышать — это Ян ощутил.
— Домой… — настойчиво попросил Влад. — В больнице не помогут. Вспомни Гила, говорю…
Спорить с ним — всегда дело гиблое. Недолго думая, Ян представил знакомый кабинет, в котором они трудились больше десятка лет; сосредоточился на светлых стенах, творческом беспорядке на столах, не забыл вспомнить и Аннушку. С этим местом у него связано было много приятных воспоминаний, потому Ян цеплялся за мелочи: за бумажки-стикеры, на которых он строчил заметки по делу, за кружку с кофе, за цветущий кактус на подоконнике. Крепкая эмоциональная связь — залог успешного перехода, так должны были писать в каком-нибудь учебнике по магии. Все было проще: он всеми силами рвался домой — и мир уступил ему.
Их распылило, а потом собрало заново. По инструкциям Ян не имел права тащить тяжелораненого порталом, но время не ждало, да и он сомневался, что Влад когда-нибудь решит подать в суд за такое. Они свалились в офис из ниоткуда, но получилось совсем не изящно, а весьма громко: Влад, стукнувшись головой о шкаф с папками, взбеленился окончательно и долго матерился, точно это его успокаивало. Сфокусировавшись — часть боли в затылке Ян снова утянул к себе, — он увидел испуганное лицо Саши, заглянувшего в кабинет. Следом за ним протиснулась Белка, а где-то в коридоре гавкал Джек. Исполнительности инквизиторов оставалось порадоваться: их доставили в офис совершенно здоровыми, пусть и немного умаявшимися.
— Вы целы, — счастливо выдал Ян, ненадолго забывая, что на нем повис тяжелый Влад. — Слава Деннице.
— А вы — нет! — возмутилась Белка, всплескивая руками, и ему вдруг стало стыдно. Дрожащий хвостик выдавал ее волнение. — Что случилось? Это все тот маг? Я видела, как его вели по коридору в наручниках… жуткое у него лицо, особенно из-за шрама, он меня напугал…
— Капитан Войцек, — испуганно пробормотал Саша, оказываясь рядом; подхватил его под вторую руку, помогая Яну удерживать Влада, которого от слабости заметно мотало из стороны в сторону. — Я не увидел… Должен был предупредить!
— Не неси херню, это не твоя вина, — заплетающимся языком выговорил Влад. — Денница, что с вами всеми не так: второй за сегодня! Мне надо быть осторожнее. Но инквизиторство качественно выебет мне мозг этими словами в ближайшие дни. Ох, что-то мне больше не хочется выживать…
С пронзительным скрипом ножек придвинув стул к окну, чтобы было больше света, и силой усадив на него вяло противящегося Влада, Ян склонился над раной. Черная ткань рубашки пропиталась насквозь, липла к телу; Ян перепачкал пальцы в темной, вязкой крови, больше похожей на демонскую, чем на человеческую. В панике он оглянулся в поисках тряпки — чтобы вытереться.
— Подожди минуту, — решительно велел он, кидаясь к письменному столу, где в последнем, самом нижнем ящике среди всякого барахла можно было найти простенькую аптечку. Захлопывая ящик, Ян чуть не попал себе по пальцам, так торопился, но раздавал указания: — Саша, живо сбегай вниз, у ведьм должно быть что-то вроде поддонов. И спирт! — крикнул он вслед улепетывающему дальше по коридору стажеру. — Полотенца! Скажи девчонкам, что случилось, они сами!.. Черт, — добавил негромко.
Мгновенно перевернув и построив всех, Ян дождался, пока ошалевший от ужаса Ивлин принесется обратно, перебрал быстро все инструменты, удовлетворенно хмыкнул: не зря кинулись на работу, а не домой, ведь там нужного могло не оказаться. Зажимы, ватки, ножнички — ведьмочки были щедры. К сожалению, инквизиторы часто возвращались с задержаний ранеными и истекающими кровью, так что все для первой помощи было готово.
— А ведь должен быть штатный медик при отделении, — ворчал Ян, раскладывая все на расчищенном подоконнике со сноровкой заправской медсестры. — Хотя толку от него… Раздевайся! — прикрикнул на Влада. — Сейчас же!
— Да как мы… тут же дети, инквизиторство, а ты предлагаешь мне что-то неприличное… — трагично переспросил Влад. Он по-прежнему мучился от боли, и Ян прекрасно мог прочитать скрытое страдание по контракту, раздраенному, как расстроенные гитарные струны. Но Влад усмехался, как и всегда, отлично играл. Куда там Яну до его актерства…
Стараясь отвернуться от раны, Саша и Белка сжались, сидели, почти обнявшись, на кожаном диванчике в углу кабинета и вдвоем удерживали Джека. Видя страдания хозяина, чувствуя запах его крови, пес словно обезумел, рвался вперед, к нему, но стал бы мешать, тычась мокрым носом в порез. За окном грохотал гром, как будто гора обвалилась, а камни покатились по улицам промокшего предрассветного города. Хлопнула дверь — это забежала обеспокоенная Аннушка, но тут же опрометью выскочила обратно в коридор, зажав нос: слишком много крови натекло. Оттуда слышались оживленные крики и разговоры: Инквизицию лихорадило после штурма…
— Я тебя задушу бинтами сейчас, Войцек, не испытывай мое терпение, — злобной змеей шипел Ян. — Снимай рубашку, надо зашить тебя и перевязать. Живее, и так на пол натекло, гляди! Целая лужа… — Его замутило, он замолк и отвернулся ненадолго.
Ворча что-то неслышно, Влад принялся неловко стягивать потрепанную, местами порванную рубаху, сильно кривясь и хватаясь за бок с таким искренне несчастным выражением, что Ян, не вытерпев, бросился ему помогать, бережно отклеивая ткань от порезов. Черную рубашку, теперь больше напоминающую неопрятную половую тряпку, он нетерпеливо отбросил куда-то на батарею и забыл о ней. От прикосновения смоченного в воде полотенца Влад выгнулся дугой, заставив стул нещадно заскрипеть, вскрикнул, напрягся — Ян видел, как четче вырисовывались мышцы… Закатил глаза и едва не вырубился. Кровь вдруг полила сильнее, несмотря на все заклинания, которые Ян нашептал раньше, и ему пришлось, отбросив все, выстраивать их заново, а потом снова браться за промывание.