— Надо покрытие тоже на экспертизу, — обреченно вздохнул Ян. — Ты…
— Хуйней страдаешь, — спокойно заявил Влад, подступая со спины. — Тут кровь этих двоих, я тебе и так скажу, без всякой экспертизы. Третий сбежал целым — искать?..
— Ищи. — Это прозвучало резко, точно приказ, и Ян виновато добавил: — Пожалуйста. Будь осторожнее, не увлекайся, ладно?..
Обернувшись, Ян заметил, что лицо Влада перекосилось, исказилось боевым трансом — он помогал видеть изнанку мира, читать ауры и следы. Немногие отваживались заглянуть так далеко, что магия начинала искажать их облик, но Влад плевал на все правила безопасности — может быть, из желания увидеть все наиболее точно и полно. Ян всерьез подумывал, не присоединиться ли к Владу в боевом трансе, коснувшись напряженных нитей контракта, но отвлекся на вновь подошедшего полицейского. Тот чуть отшатнулся от Влада, испуганный побледневшим лицом и алыми радужками глаз, — как и многие другие на его месте.
— Извините, — зачем-то произнес Ян, а потом обратился к Владу с едва заметной досадой: — Жалко, Джека дома оставили, чтобы след найти, он бы пригодился…
— Со следом и сам справлюсь, я всегда у нас ищейкой работал, — излишне весело отмахнулся Влад. Запрокинул голову к слезящемуся небу, хищно потянул воздух носом, точно готовился к охоте — погоне за испуганной, беспомощной дичью. Казалось, еще секунда — и завоет по-собачьи, как адские гончие, что были при Гвардии. Зарычит, скаля клыкастую — измененную боевым трансом — пасть.
Отведя прочь мало что понимающего полицейского, Ян не мешал ему колдовать, чертить символы в воздухе. Со стороны могло показаться даже, что Влад танцует нечто ритуальное, рассыпая вокруг алые искорки, завораживая резкими порывистыми движениями.
— Почему вы остались, дело-то и правда в нашей ведомости? — тихо спросил Ян.
Ему было немного жаль этого человека, измученного, но почему-то вынуждающего себя стоять рядом. Он знал многих, кто сразу же сбегал, оставляя дело прибывшей Инквизиции, зная, что их не осудят, а мороки станет меньше. Никому не хочется решать чужие проблемы.
— Неправильно, когда детей убивают, — признался полицейский, осоловелыми глазами наблюдая за магическими плясками Влада. — Извините… А у вас сигареты не найдется?
— Последняя, — печально ответил Ян, показывая свою, без фильтра, прогоревшую почти до конца и уже жгущую пальцы.
В горьких словах о детях было что-то личное, давнее. Он мог бы попытаться залезть в душу и поискать там, послушать перезвон нитей, но Яну достаточно было своих забот и потерь, чтобы не примешивать к ним чьи-то еще. Усмехнулся ехидно, совершенно цинично: надо же, дети. Дети, распивающие в ночи дешевое вино и дерущиеся до смерти, — полицейский явно видел в них не всю правду. Сам Ян в семнадцать уже был стажером Инквизиции — вот как Саша при них теперь…
Чему он точно был рад, так тому, что они — возможно, очень даже нечестно поступив, — сбежали от своих подопечных. Ни Саше, ни Белке не пришлось смотреть на истерзанные тела ровесников, и это Яну принесло малодушное облегчение. Пусть хотя бы у них детство не кончается подольше, не тонет в черной густой крови.
— Нашел! — возликовал Влад, взмахивая рукой. Конечно же, что-то ярко сверкнуло в темноте, искры сыпанули в разные стороны, зашипев и потухнув.
Быстро извинившись, Ян кинул окурок под ботинки, бросился догонять Влада, устремившегося мимо полицейских, даже не обратившего внимания на припаркованный на въезде в дворик мотоцикл. На проспекте гулял ветер, рвал ветки деревьев на тротуарах, мотылял по дорогам фигуры прохожих. На них оборачивались — к внимательным, удивленным взглядам Ян давно привык, потому ничуть не замедлял шаг. Единственное, чего он боялся: среди спешащих по домам людей, угрюмо глядящих в лужи у себя под ногами, потерять знакомую спину в черной кожаной куртке. Задыхаясь, чувствуя нехороший хрип в груди, Ян едва не пролетел мимо двора, в который прямо перед ним нырнул Влад.
Где-то неподалеку вода билась о воду: шел мелкий дождик, тяжелые капли ударяли по волнующейся глади реки, стиснутой гранитной клеткой. Ян попытался вспомнить карту и понять, куда их занесло; бежали они точно по набережной Обводного канала… Все мысли вылетели из головы, стоило ему заметить в глубине дворика чью-то жилистую фигуру. Мальчишка в джинсах и толстовке, на руке — стоял он вполоборота — какое-то хитрое устройство, тихо подмигивающее синим огоньком, вроде как часы… Пальцы были черны от крови. Разглядеть ближе Яну не позволили: от темноты под не работающим фонарем отделилась знакомая фигура Влада, преградила ему путь рукой.
— Что-то не то с ним, осторожно ты, куда лезешь, — тихо проворчал Влад.
Полностью полагаясь на его чутье, Ян вытащил табельное, передернул затвор. С пистолетом в руке он всегда начинал чувствовать себя увереннее, хотя обычно с простеньким человеческим механизмом тягаться против магии трудно; но тут был всего один мальчишка, ребенок, раскачивающийся из стороны в сторону, будто в трансе.
— Эй, слышишь меня? — погромче спросил Ян. — Медленно подними руки над головой, чтобы я их видел, и повернись к нам. Обещаю, мы не навредим…
— Не провоцируй, — змеей зашипел Влад, но удержать больше не пытался.
Без лишних сомнений Ян шагнул к мальчишке, стараясь ступать уверенно и громко, чтобы не напугать неожиданным появлением: тот по-прежнему стоял возле стены, не повернувшись к ним, никак не отреагировав. Должно быть, шок. Еще бы: убить двоих товарищей… Опасливо оглядев демоненка, Ян не заметил у него оружия, лишь размазанные черные следы на одежде, на белых кроссовках, на безвольно опущенных руках.
Крикнув что-то еще, он досадливо вздохнул, убрал пистолет и оказался совсем рядом, схватил демоненка за плечо, ощутимо встряхнул, потом развернул к себе. Требовательно уставился на спокойное, не испуганное лицо. Глаза его смотрели в никуда; недавно прожигали кирпичную стену, а теперь впились в Яна. Он не нашел больше слов, стоял, по-прежнему держа мальчишку за плечи, сжимая пальцы, должно быть, слишком сильно. Тот даже не вздохнул. Так и остался истуканом, как будто манекен из витрины.
За спиной отчаянно матерился Влад, судя по грохоту, саданул со злости по неработающему фонарю. Оглянувшись, Ян увидел его, приплясывающего на месте с отбитой ногой и перекошенным лицом.
Они оба прежде видели подобные бессмысленные лица, лишенные даже проблеска жизни: это была сила кольца Соломона, вынуждающего любого демона подчиниться, потерять волю, стать тупой машиной для исполнения. Не имея приказа, они застывали вот так, как это мальчишка.
Пошатываясь, Ян защелкнул на его запястьях поданные Владом наручники; демоненок безропотно покорился, позволил завести руки за спину, и он потащил его прочь из переулка, не представляя, что еще может сделать.
***
До офиса Инквизиции их с мальчишкой любезно подбросил полицейский на патрульной машине, не задавая, к счастью, вопросов. Пока они пытались заставить демоненка сесть на заднее сидение, вокруг собралась приличная толпа; Ян с досады готов был выть, глядя в черные глазки камер на мобильных телефонах. Мальчишка мотался по тротуару, позволяя делать с собой что угодно, но был страшно неловок, запинался обо все подряд, стукнулся головой о крышу машины, оставив неглубокие царапины рожками.
Влад доехал на мотоцикле, их обогнав; когда Ян завел демоненка в офис, он ждал их там, нервный, отчаянный, но ни капли не промокший под дождем. Наверное, Ян слишком боялся, что по дороге он сделает какую-нибудь непоправимую глупость, потому ненадолго забыл про своего бестолкового подопечного, очутился рядом и стоял, наслаждаясь привычной инквизиторской кутерьмой: ему необходимо было это после недолгой, но ужасающе тихой поездки с задержанным. В патрульной машине даже радио не работало, один дождь по крыше грохотал.
Не сразу спохватившись, Ян заметил рядом Сашу и Белку; наверняка неподалеку рыскал и Джек. Ивлин выглядел расстроенным, потому что пропустил так много, а Белка — несколько напуганной: прежде чем штатные медики увели мальчишку, она успела заглянуть в его мертвые глаза. Разговор никак не завязывался, они неловко глядели друг на друга.