Рай — взамен того, что они разрушили. Новый Эдем, возведенный без помощи ушедшего Бога. Влад понимал это, должно быть, лучше него: вцепился в свой второй шанс — в протянутую ему руку, — выровнялся над Бездной, в которую в озлобленной ярости чуть не рухнул. И почему-то на душе легко становилось от этих его слов, словно забывался древний артефакт и своенравная демоница, в дом которой они ехали…
«Надо поговорить с пацаном про видения, вдруг это наследственное, — зазвучал в голове обеспокоенный голос Влада. — Тогда кто-то из семьи должен знать, как с этой силой справиться…»
«Говори», — не отвлекаясь от дороги, дозволил Ян.
Поглядев в зеркало, в котором отражались мирно болтающие Саша и Белка, Влад поерзал на сидении, вздохнул, как будто собирался что-то произнести, но все-таки промолчал и снова принялся рассматривать пейзаж в окне.
«Скажи, с чего начинать, ты ж у нас переговорщик главный, а я ебала бить и умею, — не унимался он. — Да и момент надо подходящий».
Стоило сначала разобраться с Иштар, а потом пытаться помочь Саше с приступами: должна же быть какая-то последовательность. Именно эту мысль он перенаправил Владу, задушив все аргументы вечной пословицей о двух зайцах. Нехотя согласившись, тот принялся в очередной раз перечитывать документы и списки контактов Зябликовой, которые Ян успел сохранить на рабочий планшет, неловко управляясь с сенсорным экраном, чутко отзывающимся на размашистые резкие движения. Замолк, хотя Ян бы рад был послушать его голос: Влад петь умел, но нечасто этим пользовался.
В кои-то веки все было очень даже мирно. Правда, Ян ни за что не мог бы сказать, как и зачем они согласились везти Сашу и Белку с собой к Иштар. За их спинами они обсуждали учебу, кажется: Ивлин определенно жаловался на Ленинградскую инквизиторскую академию, первую в области, а потому старающуюся делать все безукоризненно правильно и держащую студентов в ежовых рукавицах, а Белка вторила ему, рассказывая об адском образовании. Поворачивая, следуя дороге, проложенной навигатором, Ян довольно усмехался: помнил, что Кара проводила ликбез среди всего населения именно с подачки Вельзевула, отца несчастной Белки, у которой совершенно не ладилось с точными науками. Джек лежал у их ног, терпеливо выслушивая все жалобы.
— Инквизиторство, а давай тоже дачу купим, — пробормотал Влад, смотрящий по сторонам: они как раз миновали очередной коттеджный и чрезвычайно престижный поселок. — А то что мы как не люди, даже летом поехать некуда, в городе в духоте пылимся.
— Чтобы купить дачу здесь, нам обоим придется на десяток лет продаться в рабство и лишиться по почке, — фыркнул Ян. — У нас в Аду курорт, зачем тебе еще, выдумал тоже…
— Ян?
— Мм, да?.. — откликнулся он, легко поворачивая руль и ныряя на ответвление дороги, уводящей ближе к темнеющему на обочине густому лесу.
— А ты представляешь, сколько стоит машина, которую ты ведешь? — невинно намекнул Влад. — Хотя бы примерно?
Ему оставалось пожать плечами, чудом не отрываясь от руля; массивный, выглядящий угрожающе джип когда-то принадлежал Каре, но она незаметно отдала его им, стоило ненароком, действительно без умысла обмолвиться, что служебную машину Инквизиция никак не пожалует. Да и было ему добрых двадцать лет — хотя и не подводил ни разу.
Но насчет дачи Влад, кажется, не был серьезен ни на миг, дурачился снова. Ян все равно был уверен, что они оба просто не могут отдыхать — точнее, бездействовать, потому меняли службу в Инквизиции на Гвардию и наоборот, не способные просто наслаждаться днем. Привыкнув к такому бешеному ритму, напрочь изматывающему их обоих, невозможно остановиться. Невозможно просто спрятаться за городом и изнывать от лени.
Навигатор подсказывал, что ехать оставалось всего ничего, так что Ян позволил себе втопить педаль газа и рвануться к поселку чуточку быстрее, чем разрешали знаки на обочинах. Разделаться бы с этим: с Иштар хотелось или не видеться вовсе, или проскочить этот момент как можно быстрее. Нужный дом нашелся легко: Иштар не пыталась скрываться, выбрав себе коттедж в самом начале поселка, недалеко от въезда. Их пропустил сторож, стоило показать удостоверение, хотя Ян увидел, как опасно напрягся Влад. Снова проверив адрес, припарковался напротив, возле другого такого же участка; хотел напомнить об осторожности, но Влад уже выскочил на улицу, захрустел белым гравием, рассыпанным по обочинам, а за ним, запутавшись в руках и ногах, вылетели Белка с Сашей — и Джек следом. Снова проверив табельное, нервно проведя дрогнувшими пальцами по кобуре, Ян пошел за ними.
Забор был высокий, сплошной, так, к тому же, с угрожающе острыми пиками наверху, чтобы никто не вздумал перебраться; такие ограждения всегда ставили, когда хотели скрыться, спрятаться от соседей, не показывать никому свою жизнь, и потому весь поселок представлял собой внушительные разноцветные заборы, над которыми было видно одни макушки пышных деревьев и верхние этажи коттеджей. С интересом покрутившись около забора, Влад попробовал было что-то колдовать, но Ян ухватил его за рукав и уверенно подтащил ближе к калитке. Их ждали: он договорился о встрече утром, кинув по почте все тот же ордер с инквизиторскими печатями; позвонил, сунул удостоверение в черный глазок камеры.
Тяжелые ворота распахнулись, их встретил высокий охранник-демон. В последнее время считалось более выгодным нанимать на такие должности выходцев из Преисподней, обладающих силой большей, чем у обычного человека. Демон мельком осмотрел всю компанию, включая вздыбившего шерсть и недобро ворчащего Джека, но, кажется, гвардейцев в них не опознал, мотнул головой, приглашая войти. Задержал тяжелый, но цепкий взгляд на табельном на поясе, однако сдавать не попросил; Ян прекрасно знал: если бы они хотели их обезоружить, пришлось бы связывать и ему, и Владу руки намертво.
Следуя по ровной дорожке, косясь на ухоженный сад, Ян вдруг сбился с шага и остановился, заметив в глубине обширного участка ряды вольеров, в которых возились крупные собаки — лоснящиеся ротвейлеры, тут же приникшие к тонкой сеточке, ограждавшей их от мира. Он глубоко вдохнул, стараясь успокоить зашедшееся сердце, кусал губы. Шедший у его ноги Джек приосанился, поднял голову, зычно рыкнул на родичей, выведенных людьми, более мелких по сравнению с адским псом. Ротвейлеры отпрянули прочь без единого звука, униженно поджимая хвосты.
— Хор-роший, — тихо пробормотал Ян, потрепав его по ушам, слыша, как грозный пес радостно взвизгивает; Джек уткнулся влажным носом в хозяйское запястье.
Двери перед ними распахнул второй охранник — куда делся первый, Ян, пораженный, несколько напуганный видом зловещих псов, проглядел. Но он чувствовал, что вокруг много демонов, вооруженных, окутанных защитным колдовством; если дойдет до драки, если кто-нибудь из них сорвется — он не надеялся, что Влад будет говорить в спокойном тоне, — придется несладко, куда хуже, чем во время той стычки с Зябликовой. Оставалось держать себя в руках: ради собственной безопасности и увязавшихся с ними Саши и Белки.
Внутри их встретил просторный холл, напротив была лестница из белого мрамора, по бокам — круглая комната, уставленная полками с чем-то, до ужаса напоминающим музейные экспонаты; настоящие витрины, за которыми таились артефакты. В попытке рассмотреть, что Иштар горделиво выставила напоказ, Ян пропустил момент, когда на лестнице появилась сама хозяйка, разодетая в дорогие золотые шелка. Платье скользило по телу, стройная нога мелькнула в глубокой прорези; она высоко поднимала голову, чтобы солнечный свет играл на позолоте витых мощных рогов, на украшениях, запутавшихся в белой косе. Владычица утерянного города, последняя крупица былого величия по-змеиному чарующе взирала на гостей.
— Как вас много! — воскликнула Иштар приятным глубоким голосом, оглядывая их сверху вниз. — Нечасто у меня столько посетителей… Настоящий праздник!
Любопытство заставило ее изящно перегнуться через перила, чтобы рассмотреть лучше стоявшую за спиной Влада Белку, которая почему-то поспешила скрыться от взгляда песчано-золотистых, густо подведенных глаз демоницы. Со сдержанным интересом она поглядела на Сашу, уставившегося на нее, точно на величайшее из чудес; Ян знал, как эта женщина любит производить впечатление на мальчишек, помнил, что сам однажды встретился с ней и в благоговении застыл. Инквизитор в нем, вцепившийся в дело, в работу, необходимость, что привела их в этот дом, не позволял потеряться в бархатном звучании голоса и завораживающем взоре. Иштар перевела взгляд на него, точно подслушав мысли, но Ян даже не моргнул.