— Влад, а ты Яна любишь? — смущенным шепотом уточнила Белка, точно и ждала удобного случая, чтобы спросить. Он как раз снял турку с плиты, тихо отсчитывая секунды; ароматно пахло крепким кофе, самому захотелось…
Что она, Денница, только понимала, ребенок, совсем незнакомый с миром, в котором он живет; он ей кажется наивным и светлым, подчиняющимся каким-то особым законам, как в добрых книжках пишут… Немного растерянно Влад посмотрел в ее сияющие глаза.
— Любовь придумали, чтоб деньги не платить, — не задумываясь и совершенно неприятно ухмыльнувшись, брякнул Влад и добавил искренне, ни на секунду не отвлекшись от шипящей, бурлящей турки: — Я за него умру. Пытался уже умереть и буду умирать снова и снова, если потребуется. А ты почему спрашиваешь-то?
Не сразу Белка нашлась с ответом; снова сорвав турку с плиты, Влад отработанным движением смахнул пенку, а сам, как будто в озарении, выхватил из шкафчика пакетик со специями.
— Интересно… А как это… ну, чувствуется? — с трудом Белка подбирала слова; в беспокойстве она почесывала правую бровь и часто моргала, глядя, как Влад порывисто мечется у плиты.
— Любовь — она не как в книжках пишут, она сложнее, мелочь. А… Не знаю, у нас страшно запущенный случай. Как дом? Семья? — задумчиво предположил Влад. — Я, знаешь, всегда был одиночкой, а тут вдруг привязался, мне удобно с ним, уютно, что ли. Приятно, когда тебя понимают. А потом я однажды осознал, что могу пожертвовать своей жизнью ради него, и… это показалось чрезвычайно правильным. Мне тепло, понимаешь?.. Я тогда ходил мертвый, а мне было тепло.
Обычно Ян двигался мягко и неслышно, как кот, а тут специально шорхнул босыми ногами по полу, привлекая внимание. Влад оглянулся, заметил его стоящего у стены, рядом с дверью, куда более бодрого, посвежевшего лицом и посветлевшего глазами.
— Ничего не говори, — упрямо проворчал Влад. — Даже, блядь, не вздумай что-нибудь сказать.
Не сказал. Мягко поцеловал в висок, как будто извиняясь за жуткое пробуждение, успокаивая одним единственным прикосновением; и впрямь было необычно тепло. Не успел Влад опомниться, Ян увел из его рук кружку со свежезаваренным кофе, неловко зашипел, обжегшись.
— Дело в Саше, да? — уточнил проницательный и сегодня чуточку бестактный Ян. — Перца много сыпанул, Войцек… Ладно, все равно вкусно.
Белка так поспешно замотала головой, что ни один из них не поверил в ее искренность. Размешивая кофе в турке — теперь себе, — Влад никак не мог отделаться от мысли, что и впрямь слишком постарел: удивительно неловкими и надуманно сложными ему казались эти подростковые влюбленности.
— Так пригласи его погулять куда-нибудь, пусть покажет тебе город, раз всю жизнь тут провел, — бесхитростно предложил Влад. В его понимании все было удивительно банально до невозможности; всегда так кажется, когда смотришь со стороны.
— Ну нет, я хочу, чтобы город вы с Яном показывали: вы рассказываете интересно, — сердито насупилась Белка. Дернула хвостом.
— Тогда в кино, — деятельно предложил Влад. — Инквизиторство прав: Саня приличный, за коленки в темноте хватать не будет. А если и будет, я учил, как надо бить по еблу.
Белка приосанилась, важно закивала: она была прилежной ученицей. Немного успокоилась или поняла, что они последние люди, с которыми стоит обсуждать свидания; слишком далекие от этого, забывшие неясное оживление от первой влюбленности, вспышками волнующее все мысли.
Телепанель включили от скуки. Местные новости в кои-то веки показывали интересное, осветив экран яркой вспышкой, похожей на упавшую посреди ночи звезду, чудом достигшую земли, или на ядерный взрыв, каким его рисуют в фантастических фильмах. Ян громко поставил кружку на стол, принялся обшаривать все вокруг в поисках планшета — прибавил звук. Во все глаза они наблюдали за репортажем, исключая Джека, которому гораздо интереснее показалось поохотиться за хвостом оторопевшей Белки.
— Инопланетяне прилетели! — по-детски обрадовался Влад, пристально рассматривая телепанель, совсем близко подойдя. — Инквизиторство, переключи на «рен-тв», а? У них сегодня праздник должен быть. Да и там хоть эта рыженькая симпатичная…
— Была десяток лет назад, — хладнокровно ответил Ян. — Ты же понимаешь, что это Высшая магия и нам придется с ней разбираться?
— Пусть лучше инопланетяне. Я готов первым жать им руки и щупальца и приветствовать на нашей ебанутой планетке.
Телепанель — во многих смыслах бесполезная и вредная штука — не могла передать рисунок аур, след на изнанке, но Влад был уверен, что это — причина, по которой они могли не проснуться вовсе. Громадный всплеск энергии совсем рядом, под боком, чуть за городом, на границе с какой-то лесополосой — от нее остались одни щепки. Яркий свет, отблеск которого засекли камеры с дороги, выжег все, уничтожил, перекрутил нити изнанки в тугой канатный узел, что отзвуки добрались до центра города.
— Влад, телефон звонит, — отвлек его голос Яна. Остановив новости, заставив экран застыть на одном кадре, Влад тщетно всматривался в самое сердце вспышки, надеялся в ней что-то различить — но заныли глаза от пристального взгляда.
— Возьми, лады? — запоздало ответил он. — С работы? Да шли их всех…
Ненадолго Ян пропал с кухни, оставив его один на один с бодро болтающей телепанелью: умные люди, делающие вид, что что-то понимают в колдовстве, обсуждали вспышку в просторной светлой студии; Влад кривился болезненно, аж челюсть заныла. С другой стороны, пусть строят теории и ищут виноватых, пусть припоминают проклятых инопланетян, и слава Деннице, что они не знают о кольце Соломона, не догадываются, что над ними завис вечный дамоклов меч, подвешенный на цепи к размякшему тучами небу. Незаметно вернулся Ян — возник рядом, точно телепортировался.
— Это Саша, он сегодня дома побудет, — произнес он, небрежно кладя телефон на самый край стола. — Больничный взял. Кажется, его тоже ударило. Говорит, к вечеру должен точно оправиться, у него что-то там интересное нашлось, пересечься предлагает.
Закончил воодушевленно и посмотрел на Белку, убеждаясь, что она, хоть и поникла, не сильно расстроилась: из них всех меньше всего понимала, что происходит. Что где-то рядом разорвалась магия, которая могла бы стереть целый город, случись все иначе, уничтожить и растоптать ее волю.
— Нам нужно туда, — вслух подумал Влад, прежде чем осознал все возможные последствия. — Я хочу знать, что они делают с кольцом.
— Дай мне полчаса, чтобы убедить Ирму, что нам нужно именно туда, а не дежурить в офисе, — предложил Ян. — Или чуть больше. Кажется, недавно я слегка ее обидел. Пока с Джеком прогуляйся…
— Может, лучше воспользуемся моим природным обаянием и убедим нашего кардинала?..
Скептически оглядев его, Ян покачал головой и снова схватился за телефон, нервно пробегаясь пальцами по экрану, а глазами — по списку контактов. Взяв его кружку, Влад цедил крепкий, и впрямь больно острый кофе.
***
Убедить Белку остаться дома оказалось труднее, чем договориться с начальством: Ирма сама понимала, что на месте нужны специалисты от Инквизиции, желательно Высшие маги, косвенно намекнула, что делом заинтересовалась Москва; а вот Белке вовсе не улыбалось весь день оставаться дома. Постепенно поняв, что не хочет бродить по полю вместе с ними и мерзнуть, согласилась посидеть в тепле и посмотреть какие-то глупые человеческие сериалы, снятые про демонов еще до Исхода.
Когда подъезжали, Влад болтал без умолку, подпевал песням начала столетия, что крутили на радио; Ян позволял, хотя на дорогу глядел неотрывно. Это напоминало неудержимое нервное желание шутить на похоронах. Пройдясь который раз насчет того, что из этой истории вышла бы чудная серия «Секретных материалов», они наконец прибыли на место. Джек, вальяжно расположившийся сзади, подобрался и навострил уши, выскочил на улицу, стоило немного приоткрыть дверь. Огородили чуть не за полкилометра, вокруг расхаживали люди в защитных костюмах, казавшихся такими нелепыми; если бы магия должна была их убить, то давно убила бы и без маскарада.