Тэрн вздрогнул. Ещё сильнее, чем обычно?! Или вчера как раз был праздник?
Миза снова замолчала, и он заёрзал в кресле. Тэрн чувствовал себя, как любопытная барышня, но ничего не мог с этим поделать.
— Дальше-то что?!
— Дальше его напоили... и... и-и... через девять месяцев появились мы с сестрой.
Тут стало ясно, чего Миза так тянула. Видно было, что она стесняется своего происхождения.
— В Кивише нет алкоголя, это было несложно... Как ты правильно заметил, долго наши города друг друга не выносят. Папа пытался сначала быть правильным отцом, они даже поженились, но... к нашему рождению уже друг друга ненавидели. Повезло, что нас было двое. Тинзи осталась здесь, а меня забрал отец. Иногда нас отпускали погостить друг к другу... но редко, папе не нравилось, какая я возвращалась, да и Тинзириника портила ему репутацию...
Она замолчала, вспоминая. Тэрн встряхнулся:
— Погоди, но откуда на картине Анда?!
— Кто?.. А! Ты знаешь Хэггардима? Вы встречались в Айнере, да? Он... — Миза покраснела. — Он мой... брат. Мы... поэтому... с отцом были в Священном Городе.
Тэрн почесал в затылке:
— Так у твоей мамы была не двойня, а тройня?
Миза покраснела ещё сильнее.
— Хэггард не сын мамы. Он... сын... бабушки.
Тэрн присвистнул.
— И у неё не двойня... Тинзи — дочь маминой сестры... просто она умерла вскоре после родов, намешала слишком много... и когда нас стали делить, Тинзи уже считали маминой дочкой...
— Слу-ушай, — перебил Тэрн. — Да твой отец — молодец мужик, а!
Миза снова покраснела. Это было не обычное смущение человека, которому приходится сообщать о себе что-то неприятное, а сильнейший скрытый стыд: рассказ едва не доводил её до слёз и она всячески меняла темы. Тэрн понимал это и чувствовал, что не стоит расспрашивать, но ему было любопытно и он убедил себя, что ему просто показалось.
— Папа никогда раньше не пил. Но... Хэггарду, конечно, было сложнее всех. Отцу был нужен наследник, а бабушка с мамой... не знаю, наверное, у них были свои причины. Хотя иногда мне кажется, что они просто слишком злились на отца, чтобы хоть в чём-то ему уступить...
— Понятно... И что случилось?
— Они так и не смогли его поделить. Ему пришлось жить по три месяца там и там... это было так сложно для него. Отец требовал одного, мама с бабушкой другого...
— И в итоге он сбежал в Айнер?
— Да... ему тогда было двенадцать. Имя он поменял уже позже, когда окончательно присоединился к храму.
Тэрн кивнул, хотя уже почти не слушал. Он хорошо помнил Анду и Юня, гораздо лучше, чем многих, встреченных в пути. И хотя он возмущался тем, как Юнь прикрывается знаками Творца, он всё равно уважал его. К Анде же... относился довольно снисходительно. Нервный, дёрганный парнишка, чуть что, бросается в панику. Сейчас Тэрн понимал, что выдержка Анды была просто изумительной. Человек, которому приходилось то выносить шум Эрнела, то соблюдать правила Кивиша, должен был просто сойти с ума.
А ещё он понимал, что у них было много общего и им точно нашлось бы о чём поговорить — и что он заметил бы это сразу, если бы побеседовал с Андой хоть пять минут. Но теперь дорога в Айнер была закрыта.
— Анда... Хэггард сюда приезжает?
Миза снова улыбнулась воспоминаниям.
— Всегда, когда у него есть время. Он ненавидит Эрнел и Кивиш. Зато любит нас.
Тэрн кивнул.
— Я так и понял. Можешь кое-что ему передать? Я, кажется, его не увижу.
— Конечно.
— Скажи ему, что... брат Тарк просит у него прощения. И благодарит его за всё. И желает удачи...
На лице Мизы мелькнула весёлая улыбка, но она мгновенно подавила её. Потом, видимо, вспомнила, что здесь не нужно скрывать чувства — но улыбка уже была потеряна.
— Хорошо, я передам.
Они помолчали.
— Хех. Выходит, Анду зовут Хэггардимом, твою сестру — Тинзириника... А тебя как? Мизаиреута? Мизаликарулла?
Она покачала головой.
— Просто Миза: мне имя давал отец.
Девушка помолчала, но видно было, что ей очень хочется что-то сказать, — и вскоре она не выдержала:
— Знаешь, Тарк, вы можете спорить сколько угодно, но вы с Райком всё-таки очень похожи.
— Чего? — вспыхнул Тэрн. И подумал, какой же Райк придурок, если представился настоящим именем.
— Когда он уходил из Эрнела, тоже просил передать его слова. Я ещё подумала, он ведь только что тебя видел, чего было самому не сказать?.. Так смешно. Я понимаю: вы стесняетесь. Но зря! Это не то, чего...
— Бред! Он ни за что бы не ушёл без меня!
Глаза Мизы округлились.
— Это было за пять минут до того, как ты спустился... Ты не знал?! Я была уверена, что ты поэтому и проснулся!.. Прости... Он сказал, что попрощался с тобой, я не знала... я была уверена... я...