Тэрн встряхнул головой.
— Миза, это чушь. Там половина его вещей.
— Он оставил их тебе... Он сказал, что они ему больше не понадобятся, потому что он возвращается домой, а тебе до своего дома идти ещё долго... Он... говорил, что обещал о тебе заботиться... и желал тебе найти свой путь... Он просил, чтобы ты берёг себя...
Кажется, весь мир вдруг свернулся в спираль. А когда распрямился, то был уже совершенно иным.
5.2. Эрнел: Конец поисков
Ах, как же хочется начать мир сначала!
Чтобы он был красивым,
весёлым и изобильным!
Ничего бы не пожалела...
«Тургор»
Все мои знакомые говорят, что я отношусь к своей работе слишком серьёзно. Вам тоже может так показаться: я трачу на неё всё своё время, всегда стараюсь улучшить, усовершенствовать, исправить ошибки...
Как бы я хотел, чтобы этого было достаточно.
Да, я знаю, что только встал на этот путь. Знаю, что ни один скульптор не создал шедевр, впервые взявшись за инструменты. Искусство, мастерство требуют большого количества попыток... но каждая моя ошибка остаётся на сердце ноющим рубцом.
Ошибки скульптора никогда не приносят другим столько горя.
Мне говорили: «Дениел, ты выдумываешь. Ден, мой первый мир не прожил и миллисекунды. Денни, ты не представляешь, как у тебя хорошо выходит!» Но я хотел не этого.
Я хотел, чтобы моим созданиям не было больно.
В Акватрии, моём первом мире, было множество озёр, рек и водопадов — издалека она смотрелась как огромный голубой шар, и поверьте мне, он был прекрасен. Вскоре её окончательно затопило, и большинство животных погибло, что уж говорить о людях.
В Эндере было множество гор. Разумеется, были и вулканы, но они должны были спать... Я не знаю, как так произошло, что в один из дней начали работать они все.
В Аймосе по-прежнему идёт непрерывная война. Сколько раз я пытался остановить её!.. Но всё было бесполезно...
И тогда я задался целью: создать самый стабильный мир.
Такой, в котором не будет войн и голода, ненависти и злобы, природных катаклизмов — мир, в котором люди смогут быть счастливы просто так. Мир, гармоничный настолько, что просто не сможет разрушиться.
Я сотворил его своей душой и расписал своей кровью. Как я гордился им, как я любил его!.. Я назвал его Алиар.
Он — моя самая большая ошибка.
***
Ты нужна мне —
Ну что ещё?
Ты нужна мне —
Это всё, что мне отпущено знать.
Аквариум
Джон поворошил поленья. Было уже слишком холодно, чтобы ночевать без костра. Ещё немного, и проводить дни в дороге будет уж совсем неуютно. Кине, по крайней мере. О чём она только думает?
Джон покосился на неё: Кина ни о чём не думала. Кина спала.
Ему, наверное, тоже следовало бы. Сторожить не имело смысла: после стольких лет тренировки он проснулся бы задолго до того, как любая угроза смогла бы осуществиться. Но спалось в последние дни плохо. Непривычно: Джон всегда засыпал легко, потому что все события жизни оставляли его равнодушным, а стало быть, не вертелись в голове перед сном. Но всё перестало быть как всегда или, по крайней мере, порывалось перестать. И это было бы неплохо, если бы произошло с другим человеком; было бы неплохо, если бы произошло даже с ним. Но немного раньше. Не сейчас.
Джон прикрыл глаза.
Людям свойственно мечтать, составлять планы жизни — и не пытаться исполнить их, приводя в оправдание сотни причин. Но главное, что таких планов, сказочных сценариев, у человека обычно несколько. То девушка мечтает выйти замуж и прожить тихую, спокойную жизнь, то представляет себя знаменитостью в самом центре событий. Мальчишка хочет стать великим воином, но вдруг видит себя учёным или художником...
Джон и вправду мечтал о семье и доме. Это была та мысль, которая грела по ночам. Что вот если бы он не, что если бы только мог, что если не должен был бы — то сейчас рядом с ним лежала бы его законная супруга, с которой он собирался бы разделить ближайшие лет так семьдесят, а на утро его разбудили бы их дети и... И что уж скрывать, дети были похожи на Кину не меньше, чем на него.