Тэрн подхватил куртку и осторожно пробрался мимо кухни. Оттуда снова доносились раздражённые голоса Лита и Талека.
Искомое он обнаружил в первую же секунду. Посреди двора стоял парень с картой. Он некоторое время изучал один из заводов, потом приложил карту к стене и что-то на ней написал. После этого он повернулся к другому зданию и стал осматривать его. Тэрн был почти уверен, что это тот самый шпион.
Что с ним делать? Оглушить, затащить куда-нибудь и допросить? А куда? На заводе он увидит слишком многое — что его потом, убивать, что ли? А если здесь в укромный уголок между заводами, так по закону подлости обязательно же кто-нибудь мимо пройдёт.
Стоял парень к нему спиной, Тэрн видел его коротко стриженный светлый затылок. Надо хоть лицо разглядеть, чтоб потом рассказать остальным. Тэрн аккуратно подкрался к парню — не издав ни звука, наставник бы им гордился — оскалился и схватил за ворот. И заботливо спросил:
— Заблудился?
Шпион рванулся из его рук, но Тэрн толкнул его в стену, разворачивая лицом, — и уже собирался заехать под дых, но замер.
— О, привет, Тэрн, — как и всегда спокойно и благожелательно заметил брат Юнь.
Даже лицом к лицу узнать его было сложно. Он был одет в широкие штаны из странной релльской ткани и крупную чёрную кофту с капюшоном; но надо всем этим возвышалось то же довольное круглое лицо, а из труб-рукавов торчали пухлые маленькие ладошки.
— Ты… ты откуда здесь?..
Брат Юнь улыбнулся.
— Да вот занесла судьба. А ты всё это время здесь жил? Мне сказали, ты от нас в Реллу поехал. Обустроился?
— Да, я... — Тэрн потряс головой, приводя мысли в порядок, — обустроился. Ну а ты зачем сюда приехал?
— По делам, — брат Юнь снова улыбнулся, но глаза его остались серьёзными. — И чем ты теперь занимаешься?
— Да так... ерундой всякой.
— Понимаю. Маленькая, но нужная работа, да? Мебель перевезти... воду по бутылкам разлить... иногда склад какой-нибудь посторожить...
Тэрн тоже улыбнулся одними губами.
Они помолчали.
— Ты один приехал? Или с Андой? Или ещё с кем-то?..
— Ты что, брата Анду в Реллу брать нельзя! Сначала он будет ужасаться местным порядкам, потом бросится проповедовать, его побьют, и все оставшиеся дни он просидит в гостинице, насупившись и читая молитвы.
Тэрн улыбнулся, на этот раз искренне.
— Это точно... как он там? Не обижается на меня? Я когда уезжал, много лишнего ему наговорил... и тебе...
— Нет, что ты. Переживает очень, как ты здесь. Молится за тебя. Он тебе подарок передал... но ты ему не обрадуешься.
Тэрн помедлил.
— Молитвослов?!
— Молитвослов.
Брат Юнь дал Тэрну переварить эту информацию и продолжил:
— Но я его, конечно, с собой не взял: не ожидал тебя встретить. Ты где остановился? Давай я занесу.
— Нет! У меня будет неудобно. Давай... встретимся в баре — так здесь трактиры называются — на Центральной улице. «На куличиках». Сегодня, в восемь... а сейчас мне работать нужно, ты уж извини.
— Да, мне тоже.
Он аккуратно сложил карту и убрал её в карман своих огромных штанов. Тэрн отступил на пару шагов, давая ему дорогу, и лишь потом спохватился:
— Погоди, у тебя карточка-то есть? Давай я тебя хоть в гостиницу устрою!
— У меня всё есть, Тэрн. Спасибо.
«Интересно, откуда это. Учитывая, что документы приезжим оформляют только по запросу кого-нибудь местного, а монахов или хоть верующих здесь нет...»
Брат Юнь кивнул ему напоследок и неторопливо пошёл к выходу из двора. Из-за его широких размеров и огромной одежды он был похож на большой сине-чёрный шар.
Тэрн поглядел ему вслед, потом спохватился и рванул обратно на завод.
***
Ты можешь объехать за несколько лет
Испанию и Византию — весь свет!
Кого б ты ни встретил в заморских краях,
Счастливее всех босоногий монах...
Вальтер Скотт
— Брат Юнь, говоришь... Юнь... — повторил Талек. — Что-то очень знакомое...
— Какая разница! Надо просто заманить его куда-нибудь и... — Рия провела пальцем по горлу.