Когда Тэрн добрёл до храма, его одежду можно было уже выжимать. И всё равно он застыл у входа: настолько непривычной была архитектура, да и странно было видеть столь целое, будто недавно выстроенное здание посреди развалин. Вокруг храма было гораздо больше руин, да и сохранились они лучше. Видимо, природе этого леса было плевать, где располагалась середина города — она считала центром храм. И похоже, чем дальше от центра, тем более обычным был мир. А здесь... как теперь не верить историям о Сердце Мира, сквозь которое просачивалась магия из Пропасти между мирами?
Тэрн потёр замёрзшие руки. Дождь безжалостно хлестал по плечам, но был уже нестрашен: всё, что могло промокнуть, и так промокло. Прогулка по лесу давно перетекла в плавание.
Храм выглядел очень... сдержанным. Здание состояло из ровных линий и чётких прямоугольных форм. Но при этом оно не было похоже на безжизненные строения Кивиша: нет, оно словно сочетало в себе всё хорошее, что было в других городах. Тэрн и забыл, что в них было что-то хорошее...
Да, в преданиях, кажется так и было: сначала Творец создал лишь один город — Каммену. Но потом что-то ему не понравилось, он разделил людей на группы и каждой указал место, где они должны будут построить город... или что-то вроде этого.
Тэрн уже готов был переступить порог, но заметил под слоем плюща, обвивавшего арку над входом, какую-то надпись. Сердце его стремительно забилось. Об этой надписи до сих пор спорили богословы: «Смой молитвами душевную грязь», «Не оскверни храм грязными помыслами», «Помни о чистоте души»... Не без страха он раздвинул листья и прочёл:
— Просьба грязную обувь оставлять у порога.
Тэрн сплюнул. Так и знал ведь! Он перевалился через порог, скинул сапоги и выплеснул из них воду. Тэрн из последних сил стянул промокшие штаны, подстелил куртку и уснул.
7.2. Каменна: Потерянный храм
Как он горевал, что мир не идеал!
И когда его распинали,
Тех благодарил, кто это творил,
Радуясь, что горю конец...
Филигон
На утро дождь уже не лил, а накрапывал, но Тэрна это не обрадовало.
— Он всю ночь, что ли, шёл? — уныло пробормотал парень и поёжился. — Холодно-то как...
Штаны были противно-влажными и Тэрн обернул вокруг пояса куртку. Он окинул храм взглядом и вдруг захохотал:
— Если бы наставник Лорм знал, что я попаду в священнейший храм мира... и буду расхаживать по нему в трусах... он бы... он бы... совсем не удивился, — серьёзно закончил Тэрн.
Он огляделся. Посередине комнаты стояла статуя святого Гелдера, а может, Дайфуса: невысокий мужчина с одухотворённым лицом. Тэрн окинул её скучающим взглядом и снова выглянул на улицу. Погода не унималась. Выходить под дождь не было ни малейшего желания.
Тэрн вновь оглядел комнату. Стены были покрыты письменами.
А вот это интересно! Про такое он никогда не слышал! В самом первом храме предания должны быть наиболее точными... и их здесь так много! Какой-нибудь историк или богослов руку бы отдал, чтобы это прочесть!
Тэрн прошлёпал босыми ногами к ближайшей стене и уставился на письмена.
«a=F/m
w=V/r
M=F*l...»
Что за ерунда?! Стены священного храма Дэйниэла были расписаны физическими формулами?! Тэрн фыркнул. Нет, этой ерунды ему в ордене хватило! Что за безумное место!
Он обошёл комнату по кругу. Как и в любом храме, здесь были лавки и амвон, но... перед каждой лавкой стоял стол, а позади амвона возвышалась письменная доска с мелом и тряпкой. Если бы не статуя, это место было бы копией учебной комнаты в ордене. Тэрн поднялся на амвон и осторожно дотронулся до тряпки. Она была влажная, словно ей только что стирали с доски. Мел тоже был будто новым.
Тэрн вздрогнул. Странное место...
Он бросил взгляд по сторонам, потом взял мел и написал на доске: «Дэйниэл — дурак!» — и нарисовал смешную рожицу. Посмеялся и всё стёр. Снова прошёлся по комнате. Становилось всё более скучно.
Эх, а родник ведь совсем рядом! Набрал бы воды и уже обратно б шёл... Ребята, наверное, переживают... Хотя какая разница — днём раньше, днём позже...
Тэрн сел за один из столов, разложил свои нехитрые пожитки. Еды было полно: никто не знал, сколько займёт путь и найдётся ли в волшебном лесу пища. Воды тоже хватало. Компас по-прежнему напоминал цветочек. Из книг с собой был только молитвослов брата Анды. Из развлечений — выданная Талеком бутылка вина. Завандрец клялся и божился, что это не дешёвое пойло, как в прошлый раз, и советовал выпить, если станет уж совсем невыносимо. Тэрн покрутил бутыль в руках. Талеку он всё равно не верил. Хотя с курткой ведь не обманул, может, и здесь правда. В конце концов, от того, вернётся ли Тэрн, зависили их жизни...