Райк был счастлив, что разговоры смолкли. Он не знал, как реагировать на них: они резали по сердцу и дико хотелось остановить болтунов, закричать, что они ошибаются... но Райк не был уверен, что имеет на это право. Ведь Тэрн действительно ушёл.
Но он не предавал ни их дело, ни их мир... ни их дружбу. Хотя когда-то Райк именно так и считал.
А теперь ему иногда приходили в голову странные и страшные мысли. Что... может, всё было наоборот? Может, это он предал Тэрна?
Когда впервые отказался выслушать. Когда стал решать за него. Когда подумал, что лучше знает, как ему жить. Когда из друга стал надзирателем...
Нет, Райк по-прежнему считал, что Тэрн обязан победить Повелителя Мечей. Это долг. Это спасение мира. Но, наверное, он... не имел права навязывать своё мнение? А как тогда? Просто отпустить... и надеяться, что он сделает правильный выбор? Что когда-нибудь он вернётся?
Видимо, так. Как и всегда, придя к выводу, Райк закончил размышления. Он повернулся на бок и закрыл глаза. И, почти уснув, вдруг отчётливо подумал: «Дэйниэл Всеблагой, храни его в пути! Где бы он ни был, что бы ни делал, прошу тебя, помоги ему!»
***
А Тэрну и не нужно было помогать. Он тоже думал — правда, лежал, не вытянувшись по-солдатски, как Райк, а расслабленно, закинув руки за голову.
Как, как ясность глаз могла быть связана с обучением героев? А со странностями городов? А с Извечной войной?!
Ещё раз. У Повелителя Мечей и героя глаза самые ясные. Хорошо. Значит... орденское воспитание... направлено на то, чтобы... у героя были как можно более яркие глаза. Что бы это ни значило.
Дальше. В городах странные только те люди, у которых глаза тусклые. Просто их сейчас очень много. Значит... чтобы города были нормальными, нужно чтобы в них было как можно больше людей с яркими глазами. И... за этим Джон ведёт войну — чтобы убивать людей с тусклыми глазами. А мир он хочет уничтожить, если их станет слишком много. Нет, ерунда какая-то...
— Тэрн? Всё в порядке?
— Да... а что?
— Вертишься — аж через стену слышно. Я думал, зверь какой-то забрался.
— А. Нет. Слушай, Джон... — и он изложил свою теорию.
Повелитель Мечей опустился на кровать и внимательно выслушал.
— ...Только я никак не могу понять, зачем ты собираешься разрушить мир.
— А я не собираюсь.
Тэрн похлопал глазами.
— Но Пророчество...
— Пророчество было написано так, чтобы произвести впечатление на людей. Кто бы бросил размеренную жизнь и пошёл рисковать головой, если б знал, что у врага нет цели ни убить его, ни навредить ему?
— А зачем ты тогда... а-а-ах. Если ты скажешь, что я не готов это слышать, а кинусь в тебя подушкой. Я предупредил!
— Ты готов, — даже в темноте Тэрн почувствовал, что Джон улыбнулся. — Просто мне не нравится твоя привычка сдаваться при малейших сложностях. Ты же почти всё понял сам! Остался последний шаг! Так зачем ты спрашиваешь меня?
Тэрн насупился, и они, как обычно, замолчали.
— Ладно, зайдём с другой стороны... надеюсь, ты не скажешь, что это та же самая тема. Я перед сном копался в твоих расчётах — по-прежнему в них не вникаю, но, кажется, я уловил главное.
Джон склонил голову и с интересом прислушался.
— Эти истории, что Каммена — Сердце Мира, и через него просачивается магия из Пропасти между мирами — на самом деле правда. Так что ты хочешь собрать энергию из Пропасти и из предыдущих миров и направить её куда-то... И если я правильно понял, сделать это можно будет только в храме Каммены... Так?
— Вкратце. Я же говорил, что ты способен понять.
Тэрн отмахнулся.
— Но тогда почему на карте пять звёзд? Эндер, Аймос и Акватрия — другие миры. Так? А откуда ещё два?
Джон молчал.
— Почему у них чёрные камни? — зашёл Тэрн с другой стороны. — И почему они без названий?!
Джон молчал.
— Да как же ты бесишь! Почему ты всё время заставляешь меня думать?! Прямо как в ордене! Не ты ли его основал?
— Я.
Тэрн осёкся.
— А?..
— Правда, я не ожидал, что он так разрастётся. Он должен был растить только героев, может, парочку помощников.
Тэрн замолк, но не смог уложить это в голове и просто сменил тему.
— ...Я остановился на мирах без названий, которых не видно в небе. Они поэтому чёрные? Потому что не светятся?
— Можно и так сказать.
— А не светятся они... они... и названий у них нет... их не существует, что ли?
— Именно.
— А почему тогда они есть на карте? Пожа-а-алуйста, не говори это снова...