– Я хочу вина! Целый стакан!
– Прекрасная мысль! – прохрипел я.
– Иди умойся, – засмеялась она, – ты весь в помаде! На стене умывальник есть.
Я обошел будку, действительно нашел на стене умывальник. Когда она успела его заметить? Женщина… Татьяна встретила меня с наполненными бокалами. Подав мне один, спросила:
– За что выпьем?
– За кого, – уточнил я. – Конечно, за Рому. Если бы не он, я никогда не познакомился бы с тобой! Если серьезно, иногда красноречие отказывает мне. Бывает, что никакие слова не годятся! Поэтому давай чокнемся и выпьем молча за то, что словами выразить невозможно!
Я поцеловал ее и медленно выпил до дна.
Будку обогревал электрокамин, было уютно. Вино разлилось по жилам убаюкивающим теплом. Так захотелось спать, что, кажется, бороться с этим было невозможно. Мы сидели на кушетке, я обнимал Татьяну, она положила голову мне на плечо и прошептала:
– Я спать хочу!
– Значит, давай спать, – согласился я.
– А охранять?
– Наплевать! – безразлично пролепетал я.
Мы легли и уснули, обнявшись. И так не хотелось просыпаться. Татьяна еле-еле меня растолкала.
– Ну ты и дрыхнешь! – прошептала она с нежностью.
Разбудила она меня, надо сказать, вовремя, поскольку к нам нагрянула вся компания: и Гоша, и Хустов со Стасей, и Рома с Натальей, и Толик с женой Мариной. Обычно она была не слишком компанейской, строгой, но сегодня, вся разрумяненная от вина, сама принялась разливать спиртное по стаканчикам. Толик пытался ее осадить, она отмахнулась и запела:
– Я пью, мне все мало, уж пьяною стала!
– Андрюха! – вспомнил Гоша. – А гитару что не захватил? Гитару надо!
– Неси, Андрей, – попросил и Хустов.
– Может, сходить с тобой? – предложила Татьяна.
– Лучше за ними присмотри, – улыбнулся я, – мы с тобой самые трезвые.
Пока я ходил, думал, что петь мне не больно хочется, все никак ото сна не отойду. Однако сразу Хустову пристроить гитару не получилось. Гоша прицепился ко мне как клещ: «Спой, спой!»
Совсем стемнело, стало холодно, и народ решил вернуться к Марии Васильевне, которая осталась в доме с приехавшими с опозданием из Варнавина соседями. Мы закрыли за нашими гостями ворота, навели порядок и заперлись в каморке. Я взял гитару и долго пел моей напарнице в полумраке комнатки. Она молча слушала, а когда я закончил, сказала:
– Удивительно! У тебя с каждой песней будто связано что-то личное….
– Так и есть. Мною прожита долгая, трудная, насыщенная приключениями жизнь! – не выдержав, засмеялся я. – Это цитата. Так говорит наш дедушка Алекс. У нас с Валериком есть дедушка, один на двоих. Он, правда, еще довольно нестарый мужчина, но все же немного старше нас. Знаешь, я послезавтра уеду в Нижний, потом вернусь. На обратном пути еще в Броды загляну. Надо пригнать машину. Нам много чего нужно привезти для твоего корпоратива: грибы, дичь, дрова. Надеюсь, еще рыбу. За ней-то я и должен заехать к дедушке Алексу. И это не считая вещей.
– Ты все помнишь?
– Я стараюсь держать слово. Но иногда не требуется стараться, потому что хочется его держать.
Она прижалась ко мне.
Приехав в Нижний, я решил, что главное – не рассусоливать. Хотелось уже этим вечером, пусть и поздним, добраться до дедушки Алекса. Домой я планировал лишь заскочить ненадолго. Делать там было нечего. Раз дочь не звонит, значит, деньги у нее еще не кончились. Раз жена не звонит, значит, терпение у нее еще не кончилось. В отношении дочери, имеется в виду. Управляется сама. Я тоже не звоню, поскольку уверен, что никто во мне не нуждается.
Когда я, добравшись до дома, поднимался в лифте, затренькал в кармане мобильник.
– Привет, Андрей! Как отдыхается? – поинтересовался Никитин.
– В отдыхе перерыв. Я – в Нижнем, только что приехал. Хорошо, что ты позвонил! Ты где, в офисе? В ближайший час будешь на месте?
– Буду.
– Отлично, я подъеду.
Открыв дверь собственной квартиры, я прислушался. Тихо. В комнате дочери на столе появились новые рисунки, эскизы. Она училась на дизайнера. На кухне у жены в тарном ящике добавились две пустые бутылки из-под хорошего коньяка.
Не уверен, что кто-то в этом доме замечал мое отсутствие. Я быстренько принял душ, переоделся, выпил кофе и отправился в гараж, чтобы оседлать верного коня, по которому соскучился.
Приехав в офис, я сразу повел Никитина в свою комнату.
– Ну, что со стекольным заводом? – Компаньон сгорал от любопытства. – Тут по сбыту такие перспективы наклевываются!
Чтобы его не разочаровывать, пришлось в течение получаса серьезно кивать в знак одобрения проделанной им работы. Энтузиазм компаньона гасить не хотелось, поэтому я ни словом не обмолвился о возникших проблемах. Захватив его наработки, пообещал тоже подумать и заговорил о другом: