– Привет, мам, – выпалил он, а потом посмотрел на мою ногу и протянул: – Вот это да! Ты что, подралась?
– Нет, я просто упала.
– Тебе больно?
– Немного.
Никитка достал из морозильной камеры замороженный пакет.
– Вот лёд.
– Спасибо, – я приложила его, чтобы не обидеть сына, ведь он так заботится обо мне.
Когда Дима вернулся домой, то с истошной заботой бросился осматривать моё повреждённое колено.
– Что случилось?
– Пап, это ветер сбил маму с ног. У неё шла кровь, и вообще... Короче, сегодня все недовольны этой дурацкой погодой.
– У нас растёт будущий корреспондент, – краем губ улыбнулась я, принявшись ставить на стол тарелки.
– Ты как? – Дима развязал галстук и бросил его на спинку кресла.
– Свалилась как старушка прямо на улице, – решила немного пошутить я.
– Тася, ты не старушка, – засмеялся Дима, продолжая освобождать себя от надоевшей офисной одежды.
– Так унизительно, кошмар, – пробормотала я, опуская глаза и стараясь не смотреть на торс мужа. Но он, казалось, старался специально для меня.
– А я говорил тебе, что лучше сегодня быть дома, – Дима с умным видом поднял указательный палец вверх.
Но я продолжила говорить:
– Один славный парень помог мне. Он живёт рядом с тем местом, где я упала. Он дал мне пластырь. Ну и посадил в машину.
– Симпатичный? – наигранно спросил он, играя бровями.
Я промолчала, но чтобы немного разбудить Димкину ревность, загадочно растянула губы в улыбке и, расслабившись, упала на наш большой кожаный диван в столовой.
Никита тем временем кружился, изображая ураган и то, как я упала, повредив ногу.
– Меня тошнит, – заныл он, присев рядом со мной. – Голова кружится.
– Мама устала, – к нам подошёл Дима и присел на корточки к сыну. – Ты сделал уроки?
– Нет, не сделал. Я не знаю, как их делать, – Никита знал, что говорить своему отцу, потому что следующее, что тот скажет – это:
– Ну, пойдём, помогу тебе. А ты потом поможешь мне, – он обнял за плечи Никиту, но потом, обернувшись, спросил меня: – Ты узнала имя того парня? Надо его отблагодарить.
Господи, он что, ненормальный? Какая ещё благодарность? От этой фразы стало в буквальном смысле смешно.
– Ты хохочешь? – спросил он и, отправив сына в детскую делать уроки, подошёл ко мне ближе, так, что между нами не осталось ни одного сантиметра. – Значит, ты сегодня в хорошем настроении? Кстати, – он притянул меня к себе, обдавая мои губы своим горячим дыханием, – ты получишь от меня трёпку за то, что не позвонила мне сегодня. Ни разу.
– У меня разрядился телефон, – прошептала я. – Внезапно.
– Ты будешь наказана, малышка.
Я получила лёгкий шлепок по заднице, которая сегодня искала на свою беду приключений, но, слава богу, не нашла.
Да, Дима. Наказывать ты любишь...
***
Выйдя из душа, я застала мужа лежащим на кровати, абсолютно голым, и была совершенно не готова к тому, что он возьмёт в руки свой смартфон и начнёт снимать меня на видео.
– Малышка, постой. Тася, постой минутку.
Но я закрыла лицо руками, почему-то вдруг застеснявшись откровенности Димы.
– Подожди, не двигайся, я хочу оставить в памяти сегодняшний вечер. Ты такая привлекательная.
Но мне не по нраву были эти эксперименты.
– Нет, ну же, постой. Я просто хочу, чтобы ты мне немного попозировала, – Дима смотрел то на меня, то на дисплей своего смартфона и улыбался, широко и красиво улыбался. – Классно! Очень классно! Какая ж ты красивая, если бы ты знала! Сладкая конфетка.
– Дима, не надо, – чтобы закрыть объектив камеры, я максимально близко придвинулась к нему, и мои мокрые волнистые волосы оказались на его широкой груди.
– Иди сюда, детка, – промурлыкал он, не останавливая съёмку и стягивая с меня бретели невесомой комбинации. – Вот так хорошо. Красота!
Я села на него верхом, будто наездница в седло, обхватила ногами его талию и запустила пальцы в его густые тёмные волосы.
– Вот теперь ты и впрямь близко, малышка, – прохрипел он, захватив меня в свои стальные объятия.