Часы истории отсчитывают последние секунды. Залп «Авроры», и тысячи глоток разнесли по Дворцовой площади яростное «…рр-а-а!» Под тяжестью людей разъезжаются литые ворота. Гремят винтовочные выстрелы, вышивают смертельные строчки пулеметы, глухо хлопают гранаты.
Люди рвутся вперед. Передние падают, их место занимают другие. Кажется, этот поток бесконечен. В баррикадах проломы. Юнкера дрогнули, попятились, бросились врассыпную. Навстречу, от здания Зимнего, ливень огня. Это последняя опора режима — женский батальон смерти. Он не допустит позора! Но поздно — на плечах юнкеров врываются в Зимний рабочие отряды.
Словно вихрь — бушлаты, рабочие куртки, солдатские шипели — проносится по бесконечным коридорам и комнатам бывшего царского.
В грязных сапогах, тельняшках, косоворотках. Варвары… Нет! Среди картин в золоченых багетах, каменных вакхов и гипсовых философов появился не варвар, хозяин. Отныне, и вовеки веков.
— Эй, кто здесь временные? Кончилось ваше время.
Еще тянет пороховой гарью, увозят арестованных министров, ищут товарищей. Но великое событие свершилось.
Эфир гудит, как потревоженный улей.
Вековые устои… свобода… демократия.
И одновременно: Всем! Всем! Всем! Революция победила. Вся власть Советам!
Раскаты октябрьского грома докатились и до Баку.
В приемную градоначальника мягко скользнул человек. Высокий, он вовсе не был заметен. Стандартные усики, маленькие, прикрытые веками глаза. Разделенные пробором черные волосы блестели, котелок он держал в руке. Серый костюм, белая манишка и лакированные туфли. Типичный франт, каких много в городе…
Он окинул комнату быстрым взглядом, весь засветился улыбкой и бесшумно скользнул к Образцовой. Затем, славно фокусник, взмахнул рукой и достал из котелка толстую плитку шоколада в золотой обертке, миниатюрный флакончик духов.
— В знак моего особого уважения. — Поклонился и так уморительно дрыгнул ножкой, что Анна расхохоталась. — Скажите, мадам, градоначальник не справлялся о моем здоровье? Я убежден, он мечтает познакомиться со мной к нашему общему удовольствию. Не сомневаюсь, что вы поможете этой встрече.
Он сопровождал речь такими ужимками, поклонами и гримасами, что Образцова продолжала смеяться. Этот человек был ей симпатичен.
— Да кто вы, собственно, такой?
— Свободный предприниматель Фируз Мамедов, из Астрахани, мадам! Владелец передвижных торговых лавок. Мне необходимо получить разрешение на торговлю в вашем городе. По счастливой случайности я застрял здесь и, кажется, надолго. Что ж! Готов оказать городу услугу, торгуя лучшими в мире товарами. Разрешите на ушко? Только вам! Ничего в моих лавках не покупайте — старье, хлам. Все, что захотите, я достану вам экстра-класса. Уловили намек? Чувствую, да. Вашу ручку…
Он приклеил звонкий поцелуй к запястью Образцовой. Она все еще улыбалась, когда в приемную вошел Исламбек.
— Здравствуйте, Аннушка! Наш задержался у генерала, а я…
Источая медовые улыбки, человек низко поклонился Карабаглы.
— Ваше превосходительство! Господин будущий генерал! Не сможете ли помочь мне разрешением?
Образцова прыснула, но под взглядом Исламбека сконфузилась и выбежала из комнаты. Человек выпрямился и показал глазами на пустой стул Образцовой. Исламбек покачал головой и быстро достал пакет. Посетитель мгновенно опустил его за подкладку котелка и сказал громко:
— Как же, господин офицер, с разрешением свободной торговли?
— Вам следует обратиться в исполнительный комитет.
Вернулась Анна. Сполоснув лицо водой, она успокоилась, но в глазах поблескивали искры смеха.
— Благодарю, господин офицер, за разъяснение. Дай бог вам счастья. А это, простите, детишкам.
Мелькнула шоколадка, и, прежде чем Исламбек успел возразить, свободный торговец исчез…
Анна, смешно надув губы, фыркнула:
— Боже, до чего забавный!
Глава XV. В Баку
Солнце блеклое, словно закутанное в тусклую паутину поздней осени. Пересохшие бурые листья похрустывают под ногами. Погода октябрьская. Дождь, ветер, солнце — все смешалось. Как быстро летят дни. Он привык к своей работе, научился хитрить, сдерживаться, взвешивать каждый шаг. И все же чуть не сорвался, когда увидел, что «рябой кочи» со своими бандитами сделал в рабочем поселке Манташевых. Он потянулся к кобуре… И поправил пояс.