Сухой кашель заставил его встать, отвернуться. Петерс вздохнул. Дзержинский глотнул остывший чан, помолчал.
— Итак, о Кавказе. Обстановка там накалена до предела. Кавказ хотят превратить в цитадель национализма. Дашнаки мечтают о Великой Армении, мусаватисты — о мусульманском государстве. Первые ожидают помощи от англо-французской коалиции, вторые от Энвер-паши и Германии. При всем том руководители обеих партий начисто лишены принципов. Ради личной выгоды они предадут лозунги, свою партию, собственный народ. Их главный козырь элементарен — национальная рознь.
Ваша задача, — он минуту подумал, — дать кавказским товарищам точную и правдивую информацию. Учтите, что сегодня Закавказье пользуется особым вниманием иностранной разведки. В Баку и Тифлисе действует агентура англичан, французов, немцев, Энвер-паши. И это не столько разведчики, сколько политики! Вам необходимо войти в эту среду и после акклиматизации передавать по условленным каналам всю необходимую информацию. Основной форпост — Баку. Там сейчас создан Совдеп с программой диктатуры пролетариата. Город дал революции много замечательных революционеров. Знаете о них?
— Я большевик, Феликс Эдмундович.
— И еще. Помощников не ждите, их придется искать самому. Вы знакомы с Ангелом? Это хорошо. Однако с контактами не спешите, только при необходимости. Первую явку получите у товарища Петерса.
— Ясно, Феликс Эдмундович.
— С деталями познакомит Яков Христофорович.
— Во время войны в Персию был введен русский экспедиционный корпус генерала Баратова. Он должен был прикрыть фланг британских войск, действовавших в Месопотамии. Недавно Совнарком принял постановление о выводе этих войск из Персии. Эвакуация уже началась. Но контрреволюционное офицерство, в частности, части Шкуро и Бичерахова, не разоружились. Их цель — захват Баку. Англичанам это только на руку. Они хотят использовать белогвардейские отряды. Вам следует быть на месте как можно скорее: нужны сведения о планах британского командования. Кроме того, там находится бывший вице-губернатор Симбирской губернии, он же бывший начальник пограничной стражи полковник Остен-Сакен. Есть сведения, что он готовит мятеж в Ленкорани. По прибытии в Баку вы встретитесь с Джапаридзе и Тер-Габриэляном. Они сами найдут вас. Попытайтесь нащупать англичан и французов в Баку. Как видите, заданий много, одно важнее другого.
— Документы подготовлены? — спросил Дзержинский.
— Да.
— Хорошо. — Усталое лицо председателя ВЧК осветила неожиданная улыбка. — Знаете легенду о Самсоне и Далиле?
— Конечно, Феликс Эдмундович.
Видя, что деловая часть разговора окончена, Петерс достал трубку, раскурил.
— Так вот, бойтесь Далил! Испытаний женщиной, случалось, не выдерживали самые сильные.
— Феликс Эдмундович!
— Ладно. Передавайте привет товарищам. — Дзержинский встал и протянул сухую горячую руку.
Дымя трубкой, Петерс подошел к окну.
— Не скажешь, что за окном пурга.
— Ничего, переживем и пургу. Все можно пережить, если веришь в жизнь, в людей. Совсем молодой человек, а какая биография…
Петерс с заметным акцентом прочел:
— Мицкевич? — Дзержинский оживился. — Любите?
— Конечно.
Глава XVI. Денстервиль
От жары негде было укрыться. В палатках душно, в баре скучно. Генерал Денстервиль мечтал о настоящем деле. До чертиков приелось это индийское пекло, которое не сулит ничего, кроме неприятностей. Правда, повстанцы не его дело.
Генерал покачивался в летнем шезлонге, укрытом в пальмовой роще позади бара. Это называется декабрь! В такой духоте — дышать и то лень. Он с наслаждением приложился к фляжке с прохладным виски. Хоть немного освежает…
В полупьяной дреме приятно было грезить. Сэр Антони Джонс Денстервиль считал себя достаточно ловким, чтобы участвовать в любом настоящем деле. Он любил в жизни крупные ставки, остроту, риск. Идти приходится чаще всего напролом, это ему простят — лишь бы финал хороший. Его называли «генерал-торпедо». Что ж, приятно…
Разбудил его капрал.
— Депеша? Давно пора. — Генерал нетерпеливо откромсал верх конверта. — Так-так. Хорошо! А то застоялся. Эй, Голдсмит!