— Подробности, сэр, — потребовала Грин, словно они какие-нибудь старые приятели. — Мне нужно больше подробностей.
— А ты не перегибаешь палку, деточка? — спросил следователь, посмотрев на нее незлобно, но властно.
— Сэр, стажер переволновалась просто, — вмешался Мур, оттесняя Эрику от следователя. А ей кинул через плечо: — Уходи уже куда подальше. Не до тебя.
Недовольно поворчав, Грин все же отступила.
На следующий день в назначенный час все собрались вновь. Даже бездельник Элиот Джонс явился.
— Профайлер что здесь делает? — возмутилась Эрика, когда в смотровой комнате стало тесно.
— Ровно то же, что и ты, — фыркнул Мур. — Уши греет.
Джонс предпочел промолчать, сделав вид, что ничего не слышал и полностью сосредоточился на допросе.
За стеклом уже сидели трое.
Линда выглядела равнодушной и вела себя тихо. Адвокат был напряжен, как струна, готовый в любой момент все отменить, апеллируя незаконностью сказанного или сделанного.
— Итак, миссис Стивенсон, вы помните, на чем мы вчера остановились? — задал первый вопрос Рональд.
Та медленно кивнула.
— Тогда давайте продолжим начатый разговор, — протянул он. — Что случилось сразу после того, как вы поймали мужа на измене?
В гробовой тишине вдруг раздался звонок и адвокат нервно подпрыгнул на стуле:
— Прошу прощения, господа. Мне нужно ответить. Это срочное. Задержитесь на минуточку. Не продолжайте без меня. — И специально для Линды добавил: — Не отвечайте на этот вопрос. Он не касается дела.
Мужчина спешно вышел.
— Так что случилось после измены? — повторил Нельсон, как только дверь захлопнулась.
— Я выследила ту девку, — сказала Линда, будто и сама ждала, когда адвокат выйдет. — Сначала долго думала, какого наказания она заслуживает, а потом решила стереть ее с лица Земли. И только прикоснулась к ее крови, то увидела, как они кувыркались в постели. Так ярко и эмоционально! Ее крики удовольствия застряли в моих ушах. Тогда я захотела уничтожить их навсегда. Не знаю, действительно ли у меня получилось, но ее кровь больше не показывала картинки, а лишь белый шум, словно кто-то сломал антенну на телевизоре и сколько бы вы ни переключали рычаг, на экране будут транслировать лишь помехи.
— Помните ли вы, куда спрятали тело первой жертвы? — перебил следователь.
— Закопала недалеко от дома, — отозвалась подозреваемая. — Местные устроили свалку, а властям было все равно, что там творится. Никто его не вывозил. Отходы гнили годами. Чем не идеальное место?
— Что насчет второй девушки? — спросил ее Рональд, показываю свежеотпечатанную фотографию Саманты. — Зачем вы начали убивать невинных? Они ведь никак не были связаны с вашим мужем.
— То есть как не были? — возмутилась Линда. — Они заигрывали с ним, смотрели с вожделением своими похотливыми маленькими глазками и жаждали близости с Брайсом. Уж я точно знаю! Я такие вещи на версту чувствую.
— Зачем вы подставили мужа, если так сильно любили его? — задал закономерный вопрос Нельсон. Он все надеялся найти логику в ее поступках, выявить четкий мотив, который бы выглядел понятным для любого человека на суде. Однако с каждой новой подробностью он убеждался в том, что Линда безумна.
— Полиция заинтересовалась исчезновением девушек, — пожала она плечами. — Своих следов я не оставляла и даже их воспоминания стерла, но пользовалась рабочей машиной мужа, так следователи вышли на него.
Будучи не знакомым с материалами того дела, Рональд лишь принял к сведению сказанное.
— А теперь перейдем к более свежим событиям, — направил он разговор именно в то русло, которое нужно было для его расследования. Однако Линда Стивенсон не перестала удивлять и фыркнула:
— Вы про то, как я убила Брайса?
— Я знала, что это она! — воскликнула Эрика в смотровой, но ее тут же одернули.
— Подробней, — попросил следователь. — Вы его так сильно любили, что подставили, а затем убили?