Выбрать главу

— Да, сэр, — согласился тот без промедления. — Именно это я и хотел предложить.

— Хорошо, что мы наконец поняли друг друга, — слабо кивнул Крис и прикрыл глаза.

Подскочивший адреналин после осмотра тела упал и Норрису резко захотелось спать.

«Сейчас. Только пять минут так посижу», — убеждал он себя. Но даже в полудреме ему не было покоя. В памяти опять всплывали события двадцатипятилетней давности. Действительно, даже в те времена в газетах не упускали возможности обмусолить подробности всех происшествий, не говоря уже об убийствах.

В его родном городе они происходили крайне редко. Соседи знали друг друга, постоянно здоровались и захаживали в гости с вкусными пирогами. Входные двери часто оставались открытыми до поздней ночи.

Так что произошедшая трагедия потрясла и напугала всех жителей. Журналисты освещали подробности нагоняя еще больше страха.

— Ты на правильном пути, — прозвучал голос Саманты в мыслях Норриса.

«Надо не забыть принять сегодня те таблетки, что прописал психотерапевт» — отметил он, силясь открыть веки, но те словно свинцом налились.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Под щекой Крис почувствовал что-то мягкое и уловил едва ощутимый цветочный аромат.

— Приехали, сэр, — послышался недовольный голос Лесли и Кристиан все же смог открыть глаза.

Оказалось, что его голова уютно покоилась на хрупком плече притихшей Эрики. Подняв на стажера виноватый взгляд, следователь откашлялся и резко выпрямился. Оборотень выдал что-то нечленораздельное и глухо зарычал. Не понимая вдруг изменившегося настроения подчиненного, Норрис вышел из машины, отмечая, что журналисты больше не ошиваются возле полицейского участка.

Не оглядываясь, следователь направился на рабочее место, не зная, как еще исправить неоднозначную ситуацию.

Дверь в кабинет начальника полиции распахнулась, едва Кристиан успел переступить порог участка.

«И почему он выбрал восседать на первом этаже, а не в отдельном офисе, на вершине небоскреба?» — подумал Крис, не имея шанса избежать неприятной встречи.

— Ты-то мне и нужен, — плотоядно оскалился шеф Веллс, затягивая Норриса к себе, словно самый голодный в мире паук.

— Я вас слушаю, сэр, — промямлил Кристиан, уже предполагая о чем пойдет разговор.

— Дошли ли до тебя слухи о еще одной смерти? — начал тот, прощупывая почву.

— Да, сэр, — ответил следователь, подавляя в себе желание демонстративно скривиться.

Веллс уселся в черное кожаное кресло. Оно жалобно скрипнуло под его весом, но устояло. Втайне почти все работники полиции города ждали, когда ножки наконец надломятся и шеф свалится на пол, как мешок с картошкой.

— Это дело рук Стивенсона, — продолжил начальник, активно ёрзая. — Он вышел из тюрьмы, убил несчастную прохожую и пустил себе пулю в лоб.

Со стороны эта версия звучала непросто притянутой за уши, а полным абсурдом.

«Даже самый глупый студент полицейской академии не додумался бы до такого», — иронично отметил Кристиан, однако вслух сказал совсем другое.

— Сэр, в это никто не поверит.

— А ты сделай так, чтобы поверили, — огрызнулся он.

Норрис скрипнул зубами, сжимая кулаки.

«Как ему объяснить, что здесь от меня мало что зависит?» — обреченно подумал Крис.

— Я сделаю все, что в моих силах, — отозвался Норрис даже примерно не предполагая, как выпутаться из ситуации.

«Дело нужно расследовать тихо и быстро, — заключил он. — И пока есть такая возможность, узнать больше о Стивенсоне».

— Ступай, — великодушно разрешил Веллс.

Норрис поспешил скрыться из виду, пока начальник не придумал еще одну версию.

На рабочем месте его уже ждали притихшие подчиненные и отчет с картой памяти.

— Что там с заклинанием? — спросил следователь, читая плывущие перед глазами строчки.

— Сами проверьте, сэр, — нахмурился Рассел. — Жаль, что я так и не смог чем-то помочь в расследовании.

Помассировав виски, Кристиан включил ноутбук и приготовился смотреть записанный материал. Вот только на видео творилось что-то странное. Отчетливо был заметен сгущающийся над телом туман. Он стал уплотняться, словно превращаясь в тучу, но в середине так и появилось ничего. А затем послышался стук и взволнованный голос Эрики: